Книга Развод. Грязными ногами по душе, страница 17 – Данна Леднива

По дороге я думаю о том, как всё начиналось — не с Олегом, с другим, с тем, первым, но я думаю об Олеге, о том, каким он был, каким я его полюбила, каким он был до всего. Пятнадцать лет назад я работаю в госкорпорации второй год, мне двадцать шесть, я младший специалист, с амбициями, с красным дипломом, с верой в то, что мир это система, которую можно понять и победить, я красивая — не в том смысле, в котором красива Елена, а в том, в котором красивы женщины, которые знают, чего хотят, короткая стрижка — уже тогда, я отрезала косу, потому что она мешала работать, каблуки, костюмы, никаких сантиментов. Олега я вижу впервые на плацу — это корпоративное мероприятие, посвящённое Дню защитника Отечества, госкорпорация шефствует над воинской частью, мы поставляем им технику, они нам кадры, нас привозят на автобусе, человек тридцать, молодых специалистов, будущих руководителей, нас встречают на плацу, и я вижу его. Он стоит в строю — майор, тридцать один год, высокий, выше всех на голову, широкие плечи, прямая спина, лицо загорелое, с тонким шрамом над левой бровью, глаза серые, внимательные, не бегающие, он смотрит на нас, на толпу офисных работников в дорогих пальто, с вежливым, чуть усталым интересом, как смотрят на людей, которые пришли в его мир на экскурсию. Наш директор произносит речь, командир части отвечает, потом парадный марш, они идут — ровно, синхронно, сапоги бьют по асфальту — раз, два, раз, два, и я смотрю на него, он идёт во главе роты, он лучший, я вижу это не потому, что мне сказали, я вижу это по тому, как он держит голову, как он дышит, как он существует в этом строю, он часть его, он не отдельный человек, он функция строя, и в этой функции он идеален. После марша фуршет, нас знакомят с офицерами, я стою с бокалом шампанского — я не пью шампанское, но держу для приличия, ко мне подходит кто-то из молодых лейтенантов, начинает говорить, я слушаю вполуха, я смотрю через его плечо. Он стоит у стены, один, не разговаривает, пьёт что-то из стакана — не шампанское, что-то покрепче, и я вижу, как он смотрит на зал — спокойно, без интереса, без скуки, просто смотрит, как человек, который привык видеть всё и не удивляться ничему. Я подхожу к нему: «Майор Смирнов?» Он поворачивается, смотрит на меня: «Да». «Анна, младший специалист департамента логистики». «Приятно познакомиться». Его голос низкий, ровный, с лёгкой хрипотцой, голос человека, который много кричал на ветру и мало говорил тихо. «Вы только из горячей точки?» — спрашиваю я, и он смотрит на меня секунду, потом кивает: «Три месяца назад». «Как вы?» Он усмехается — коротко, уголком рта: «Нормально». «Это всё, что вы можете сказать?» «Это всё, что нужно говорить». Я смотрю на него, он смотрит на меня, и в этот момент я понимаю — я понимаю, что влюбилась, не в него, в то, что он представляет, в эту прямоту, в эту силу, в эту способность стоять у стены и не нуждаться ни в ком, в эту цельность, я раздробленная, я амбиции, карьера, планы, страхи, а он целый, он как скала, он как то, за что можно держаться, когда вокруг шторм.

Мы разговариваем ещё час, он рассказывает мало, я много, он слушает, не перебивает, не улыбается вежливо, слушает по-настоящему, впервые в жизни кто-то слушает меня по-настоящему. Через три месяца мы женимся, через девять месяцев рождается Кирилл, через пятнадцать лет я стою в спальне в кружевном белье за тридцать тысяч рублей и смотрю на мужчину, который лежит на диване в трениках.