Книга Сборник романтических новелл, страница 33 – Мари Соль

— Спасибо.

Еда была вкусной. Он ел на ощупь. Из тарелки черпал вермишель. Языком ощущал её форму и чувствовал мягкий креветочный соус. И даже пару креветок попало на зуб.

— Очень вкусно, — сказал, облизнувшись.

— Ешь, ешь, всё равно для меня для одной это много, — ответила Эля, жуя.

В глазах начало проясняться, но всё ещё жгло. Он решил поддержать разговор:

— А вы, правда, ток-шоу «Последний герой» на Карибах снимали?

— Я умоляю тебя! — рассмеялась она, — Да какие Карибы? Декорации всё это!

— Да? — удивился он искренне.

— Да, — Эля тихо вздохнула.

Он вспомнил её на тропическом острове. Цвет бикини и лёгкий загар. Она выбыла сразу. И к лучшему! Не пришлось поглощать всяких гусениц, спать на песке, голодать...

— А чего карьеру певицы бросили? — решился спросить.

— Тоже мне, скажешь, карьера! — её смех прозвучал, как мелодия, — Одну песенку спела и всё.

— Ну, нормально так спели, — сказал он, желая польстить.

— Нормально? — учуяв лесть, Эля вспыхнула, — Фигня, а не песня! Я хотела свою спеть, не дали!

— Свою? Это как? — удивился, пытаясь нащупать в тарелке остатки еды.

— Вообще-то я сочиняю стихи, — приглушённо сказала Эльвира, — И хотела, чтобы они записали мою песню. Но продюссер сказал, что она не попсовая. А нужно попсовую! Типа «поющих трусов».

— Поющих трусов, — повторил Павлик и тупо заржал. Вспомнив, где он, осёкся, — Вы классная.

— Слушай, — она поднялась, — Чё-то всё у тебя мимо кассы?

Надёргав салфеток, она принялась вытирать стол возле него. Павлик послушно убрал локти, вытер ладонью губу.

— Чё, меня видишь? — она помахала рукой у него перед носом.

— В-вижу, расплывчато..., - хмыкнул он.

— Блин! — Эля, заставив его вжаться в стул, посмотрела в глаза. Наклонилась к нему близко-близко, даже волосы мягко коснулись лица.

— Так, давай-ка, иди на диван, я сейчас поищу... У меня были капли, — она отошла от него.

Павлик с трудом понял, что ему делать. Поднялся, споткнулся, едва не упал.

— Так, давай! Слон в посудной лавке! Сейчас мне тут всё опрокинешь! — она сжала его локоть. Довела до дивана, — Садись, я сейчас.

А затем ненадолго ушла. Павлик думал: «Пацанам расскажу, не поверят». Он до сих пор пребывал в состоянии шока. Но был в этом плюс! Ведь в здравом уме он давно бы уже потерял от восторга сознание...

— Так, облокачивайся! — велел её голос. Эльвира вернулась. Слегка надавила ему на плечо, призывая упасть. Он откинулся на спину.

Женские пальцы слегка приподняли его подбородок.

«Хорошо, что побрился сегодня», — подумал он вяло, чувствуя, как погружается в негу от близости женского тела, от запаха сладких духов, от того, что Эльвира Купцова касается пальцами век.

— Открывай! Смотри вверх! — раздавала команды. Он покорно их выполнял. Было больно. Но как же приятно! Он сидел и смотрел в потолок. Тот был тёмным, или в глазах потемнело? Их обожгло изнутри.

«Всё пройдёт, буду жить», — равнодушно подумал, — «Пускай я ослепну! Вот только пускай я ещё раз увижу... её».

И вселенная сжалилась. Элин рассеянный образ стал чётче.

— Ну, как? — она, выжидая, сидела с ногами на том же диване, всего лишь в каком-нибудь метре от него самого.

— Я вас вижу! — сказал он восторженно, впился глазами.

Эльвира сцепила халат на груди.

— Хорошо. Вино будешь? — спросила.