Книга Сборник романтических новелл, страница 20 – Мари Соль

— Женечка, присаживайтесь! — он до сих пор обращался на «вы». Но Жене было ничуть не обидно. Такая манера даже льстила ей.

— А Саши не будет? — оглядела она стол, в поисках третьей чашки.

— А..., - замешкался Озеров, — Нет! Понимаете, Женечка, мне необходимо обсудить с вами одну очень важную вещь.

«Неужели, про Сашку расскажет какую-то гадость?», — подумала Женя испуганно. Вдруг, у того есть невеста? А сейчас она просто уехала. Или какая-то из местных девиц залетела от Сашки и теперь тот обязан жениться на ней?

Озеров сел. Долгий выдох давал осознать, что озвучить ему предстоит нечто крайне серьёзное.

— Евгений, прошу, не томите! — сказала она, — Это касается Саши?

— А... Нет! — Озеров быстро протёр окуляры и водрузил их на нос, — Точнее, в какой-то степени это касается и его тоже. Я же надеюсь, вы не...

— Мы не..., - повторила она окончание фразы. Каким оно было, ни Женя, ни он не решились узнать.

— В общем и целом, я всё-таки верю, что в жизни ничего не происходит случайно. Есть теория, что всё, что с нами случается, предопределено, — он поднялся, из ящика вынул конвертик. Тот самый, что Женя ему привезла. Только теперь край его был надорван. Причём, так надорван, как будто сделавший это испытывал непреодолимое желание скорее прочитать.

— Вы читали его? — посмотрела Женюша на белый конвертик, который лёг между ними на стол.

— Да, я читал, — обречённость, сквозившая в голосе тёзки, её напрягла.

— Что... в нём? — спросила она.

— Вам лучше самой прочитать, — он ответил, не глядя. Как будто стыдился смотреть на неё.

— Вы хотите, чтобы я прочитала его? — уточнила Евгеша.

— Да, хочу, — твёрдо ответил Евгений.

И Женя взяла...

В письме мамин почерк был ровным и гладким. Писала она его раньше. Скорее всего, письмо долго лежало в конверте, но так и не было ею отправлено. А между тем, адресат сидел напротив и почти не дышал. Женя сделала вдох, задержала дыхание...

«Здравствуй, Женечка!», — прочитала она. И в первый момент показалось, что мать обращается к ней.

«Я надеюсь, ты помнишь меня. Я надеюсь... О, Господи, Жень! Я так хочу верить, что сердце твоё не остыло. Знаешь, я не читаю твоих книг. С тех пор ни одной не прочла. Мой муж... Нет! Сейчас не о нём. Я влюбилась в тебя. Потеряла голову. Я ведь даже хотела уйти от него. Но... Это невозможно. У нас уже двое детей. А скоро появится третий. Жень, я пока не уверена. Но, скорее всего это так. Этот ребёнок, он твой, а не мужа. И если родится, то я назову его Женей. Или её.

Я не знаю, смогу ли я сказать это вслух. Никому, никогда. И даже тебе не скажу. Ведь ты снова начнёшь требовать, чтобы я уходила от мужа. А я не смогу его бросить! Ни он, ни мои девочки, не заслужили такого. А ты? Ведь ты справишься. У тебя есть твои книги. И одна из фанаток, наверняка, захочет остаться с кумиром. Когда я думаю об этом, то жутко ревную тебя! Ах, если бы ты знал, как мне больно! Я хотела избавиться от ребёнка. Хотела, но не смогла. Ведь эта частица тебя, твоего мимолётного чувства, теперь будет вечно со мной. И я ни о чём не жалею.

Твоя Александра».

Она прекратила читать, руки её опустились на стол, письмо неподвижно лежало, изливая хранимую правду на весь белый свет.

— Как это? — наконец-то смогла она выдавить.

Озеров тихо сглотнул: