Книга Стань моей Верой, страница 131 – Мария Абдулова

— Не знаю. Из-за снегопада все рейсы отменили…

И спустя пару недель после свадьбы, когда эмоции уже перестали разгораться в душе пожаром, а лишь согревали изнутри искорками, отражаясь на губах тёплой и счастливой улыбкой, Вера снова вспомнила это чувство… Чувство, когда места в груди и правда не осталось. Когда сердце заходилось в неровном ритме и из в миг ослабевших пальцев на пол выпал тест с двумя красноречивыми полосками. Может, она бы и отнеслась к новости о своей беременности легче, если бы не сделала этот тест для галочки, чтобы просто напросто исключить такую возможность и обратиться к врачу, потому что состояние здоровья в последнее время оставляло желать лучшего. Или было бы гораздо спокойнее, если бы она помнила, каковы были чувства почти пятнадцать лет назад, когда она узнала о том, что через несколько месяцев у неё появится Сашка. И, несомненно, ей было бы гораздо проще, если бы не Костя, который почему-то именно в этот день решил вернуться домой из офиса раньше, чем обычно и теперь стоял в дверном проёме, буравя взглядом упавший тест.

— Вера?

Даже, если бы хотела, то не смогла бы ответить. Шок был такой степени, что женщина была не в силах отвести взгляд от пустой ладони, словно тест до сих пор в ней находился. Она лишь вздрогнула, когда услышала хриплый, с долей непонимания и удивления, голос и почувствовала на плечах холодные с мороза ладони.

— Вера…

Они возможность наступления такой ситуации не обсуждали. Да, и честно говоря, Вера почему-то даже и мысли об общих детях не допускала никогда. Ей хватало Сашки и Кости, чтобы чувствовать себя счастливым человеком. Ей хватало того, что есть у неё сейчас. Она в этом была уверена. О большем просить не хватало ни сил, ни смелости.

— Милая, посмотри на меня, пожалуйста.

Вера переводит взгляд на мужа, до сих пор не до конца осознавая о чём он её просит. По привычке пробегает глазами по любимому лицу, словно не знала каждую черточку наизусть. Заглядывает, наконец, в серые глаза, ощущая через несколько секунд, как расслабляется что-то в груди от понимания, что не одна она это всё ощущает. Различает в них счастливый блеск, замечает немного ошалелую, но восторженную улыбку. Выдыхает и спрашивает, еле шевеля губами:

— Только не говори, что ты это планировал.

— Я на это надеялся.

Костя тихонько смеётся и прижимается своим лбом к её, обнимая лицо жены ладонями, оставляя на губах короткий, полный нежности, поцелуй.

— Ты же знаешь, что я тебя больше всех на свете люблю, Вер, и не мечтать о том, чтобы этот день когда-нибудь наступил я не мог.

Произносит почти шёпотом, и она всхлипывает, ощущая как ступор отступает, а сердце в груди бьётся так, словно хочет совершить побег.

— Господи Боже, — выдавливает Вера едва слышно, чувствуя, как глаза наполняется слезами, когда, наконец, осознаёт происходящее полностью. — Костя, а если… если я не справлюсь? А если не получится? Охх, а что Сашка скажет? О Господи, Костя…

Костя улыбается ещё шире и отвечает ей таким количеством слов, что половину она не успевает разобрать. И Вера просто плачет, потому что не знает как иначе справиться с эмоциями. Плачет, наверное, в первые за всю свою жизнь не от боли или обиды. Плачет, растирая слёзы по щекам. Плачет, освобождая себя от того, что столько лет сковывало каждое движение, не давало нормально вздохнуть, отравляя изнутри.