Книга Не шути со мной, Рыжая, страница 81 – Мария Абдулова

Вот как? Его Аня? Уже его?

Дима раздражённо дёрнул плечом, мысленно возвращаясь к теме разговора.

— Тебя что-то не устраивает?

— А я тут причём? – в такие моменты в Милене проглядывались, присущие матери, черты. Строгие и учительские. Те самые, что заставляют чувствовать себя глупым и несмышлёным. И это при том, что он старше сестры на восемь лет. – Лучше ты мне скажи.

— Давай без прелюдий? Чётко и по делу.

— Ты же понимаешь, что Аня – не Белла? Не Марианна, не Юлиана и даже не Жанна? Её, как Уварову, легко вычеркнуть не получится. Нюся из другого теста.

О, да. Лебедев понимал. Осознал это ещё после того, как она спасла не только их с Васькой репутации, но и свободу. А теперь убеждался в этом всё сильнее. Каждым утром когда просыпался, а рядом находилась тёплая, не накрашенная и такая естественно красивая Нюся. За завтраком – совместный просмотр новостей, а после – пожелание удачного дня. Когда он уже в пальто и с ключами от машины в кармане, а она в том самом его супергеройском халате с жёлтой эмблемой летучей мыши и в его же тапочках, которые ей велики, но альтернативы нет, а пол холодный и Клара Львовна будет ругаться, если показаться ей на глаза босиком. Он и сам начинал ворчать по этому поводу, стоило ему увидеть Рыжую без домашней обуви на ногах. «Ну и что, что ты, Нюся, из них выпадываешь? Заболеть хочешь?  Надо, Федя, надо***».Вечером же ужин, фильм на ночь или ещё какое-нибудь занятие, а потом кровать и рыжие локоны сквозь пальцы. И губы. Всё такие же сладкие и вовсе не от малины, что плавала на дне кружки с чаем, а потому что сами по себе такие. Вкусные и мягкие.

— Понимаю, Мила.

— Ты уверен, что понимаешь именно той частью тела, которой нормальные люди обычно думают?

Братский взгляд посуровел, и Милена ненароком вспомнила дедушку. Он смотрел на неё точно также, когда она без спроса ушла на речку и её потом искали всем селом.

— Повторяю в первый и последний раз. Да, понимаю. Да, уверен. И да, разговор закрыт.

— Не сердись. Я просто переживаю.

— Не сержусь. А ты лучше начни переживать по поводу Семёнова. Он снова не так договор составил.

— Что?! – девушка, вмиг переключившись на работу, вскочила на ноги и подошла к брату, склонившись через плечо которого принялась, бормоча под нос, перечитывать текст. – Нет, ну это уже ни в какие рамки…

***

Руки у Дмитрия Александровича Лебедева были сильными и умелыми. Ане его руки нравились. Особенно тогда, когда он проделывал ими то, отчего ей становилось очень-очень хорошо. Про губы она и вовсе молчала. Потому что они были вне конкуренции.

И совсем иначе уже воспринималась причина, по которой они вдвоём оказались под одной крышей. И то самое нарядное и красивое бельё с кружевами очень даже пригодилось. Диме особенно понравился комплект вишнёвого цвета.

— Знаешь, ради этого стоило продуть тебе пару раз, - решил мужчина, сидящий напротив, задержавшись взглядом на полупрозрачных вставках.

На нём из одежды остались только синие домашние джинсы, зато в глазах всего было в избытке. Веселье, азарт, интерес, а после того как она, поправив лямку, откинула распущенные волосы за спину, всё остальное перекрыло желание.

— Всё же я не думаю, что в домино тоже играют на раздевание, - заметила она, оглядев разложенные на столе костяшки.