Книга Брат подруги. Назови меня своей, страница 62 – Мария Абдулова

— Подожди… Что? - моя челюсть отвисает. - Как?

— Вот так, - подруга спокойно пожимает плечами, печатая кому-то смс. - Тамерлан предложил, я согласилась.

— А меня…

Проглатываю “а меня спросить?”, потому что, как известно, дарёному коню в зубы не смотрят да и глупо это, быть недовольной такой возможностью, и Баграева трактует мой шок с растерянностью по-своему.

— Говорю же, и тебя тоже, Марусь. Тамерлан всё для нас двоих устроил. Классно, правда?

Мне тогда оставалось только кивнуть, а потом узнать, что вдобавок ко всему прочему старший брат подруги ещё и с подработки в ресторане меня уволил, даже не позволив выйти ни на одну смену после моего, настойчиво данного им же, отпуска. Зачем и почему, спросите вы?

Вот и я тоже спросила и получила вполне доходчивый ответ, не подлежащий оспорению:

— Потому что тебе там не место, Ласточка. Потому что я считаю, что так правильно и лучше для тебя. Потому что я в силах закрыть твои базовые и не только потребности.

— Но… Мне нравилось там работать, Тамерлан! Меня устраивала зарплата и…

— У тебя скоро практика, экзамены, диплом. Ты, действительно, думаешь, что я позволю тебе носиться с подносами и обслуживать клиентов в этот период? Лучше сосредоточься на учёбе. Об остальном я позабочусь.

И всучил мне карту, баланс которой я просто-напросто боюсь смотреть. Затем количество, статусность и стоимость подарков стали расти в геометрической прогрессии, а я, как не имела понятия каким образом это всё объяснить маме, так до сих пор и не знаю как это сделать. Она, конечно же, всё замечала - и то как мне срывало от любви крышу, то как сбегала по ночам или пропадала неизвестно где днём, то насколько пополнился мой гардероб с коллекцией украшений, но с расспросами и нотациями не лезла. Пока. А я, в очередной раз говоря, что ночую у Златы или Каролинки, и отправляясь, конечно же, к Баграеву, вдобавок к плохой подруге ощущала себя ужасной дочерью.

Приятельницы на мои просьбы в случае чего меня прикрыть поддерживали согласием, в душу тоже не лезли, но не предупредить не могли:

— Не отлетай так, Ласточка, - попросила, как всегда, проницательная Злата. - Миф про Икара помнишь?

— Или песню Меладзе про Мотылька? - подёргала бровями Дёмина.

— Лин, я тут вообще-то о высоком!

— А я о классике!

Единственной, кто, на удивление, не замечал, что со мной что-то происходит, была Аланка. Она, как обычно, сосредоточенная исключительно на себе, не обращала внимание ни на мои пропажи, ни на глупую улыбку, то и дело сияющую на лице, ни на то, что моя жизнь, в принципе, претерпела значительные изменения, и это, если честно, мне было только на руку. Не представляю что бы я ей ответила, спроси она о том, откуда у меня взялся дорогой золотой браслет или где я, уволившись с работы, взяла деньги на обучение в автошколе. Последнее, кстати, тоже подарок Тамерлана, который по мере своей загруженности помогал мне практиковаться в вождении самостоятельно на одной из его машин. Правда, такие моменты обычно заканчивались практикой совершенно другого рода, благо, для этого мы выезжали в безлюдные места и нас (надеюсь!) никто не видел.

А на мой день рождения мой невероятный мужчина и вовсе устроил путешествие в Москву. Шумная, суетливая, громкая столица встретила нас прекрасной погодой, сервисом по системе “всё, что захотите” и, что для меня было самым главным, возможностью быть вместе, не прячась. Шанс встретить кого-то из знакомых в огромном мегаполисе сводился к нулю и я воспользовалась им на всю катушку, хотя бы на короткий срок в открытую примерив на себя роль девушки Тамерлана Баграева. Не подружки его младшей сестры, с которой он тайно встречался у себя в квартире, а его женщиной со всеми вытекающими. И это стало для меня подарком гораздо ценнее очередного сумасшедше дорогого украшения, огромного букета цветов и возможности исполнения любой моей прихоти.