Книга Брат подруги. Назови меня своей, страница 104 – Мария Абдулова

Сама об этом думала, как и пыталась вспомнить номер Тамерлана, чтобы дать знать ему о происходящем, только в мыслях сейчас такой хаос, что даже экстренный номер органов правопорядка забываю в панике.

— Да… Наверное, вы правы, - соглашаюсь, готовая выпрыгнуть на ходу. - Позвоните? Назовите фамилию - Баграева. Это должно помочь.

— Хоро…

Окончание фразы не слышу, вылетаю из машины и бегу на каблуках по бездорожью к воротам. На первый взгляд они закрыты наглухо, но, подойдя ближе, вижу узкую щель, протиснуться в которую задачу со звёздочкой, но я каким-то чудом всё же умудряюсь это сделать и впервые в жизни благодарю природу за отсутствие пышных форм. Будь у меня грудь побольше, то точно не пролезла бы, а так, вуаля, и я внутри.

При первом беглом осмотре никого не вижу, кажется, что везде тишина и пустота, к тому же солнце село, окрасив небо жёлто-оранжево-розовыми оттенками, а из-за высоких пышных сосен, закрывающих его ветвями, видимость оставляет желать лучшего. Единственный источник света - неяркие фонари, подсвечивающие дорожки.

Осторожно бреду по ним, стараясь быть как можно тише, и прислушиваюсь к обстановке. Сначала улавливаю только шорох ветра, пение сверчков и птиц, а потом со стороны дальних домиков, стоящих на берегу озера, различаю звуки музыки и шум голосов.

Крадучась, оказываюсь там. Вижу веселящуюся компанию - много взрослых полуодетых мужчин, явно нетрезвых, чуть меньше и точно в таком состоянии женщин разного возраста. Они громко разговаривают, смеются, танцуют. Кто-то обнимается и развязно целуется. Аланки не замечаю и даже не знаю радоваться этому факту или нет. Впрочем, как и что мне делать дальше.

Стоять и ждать полицию? Это безопасно и правильно. Но… Если, пока я тут стою, с подругой там случится что-то плохое? А если таксист испугался, никому не позвонил и уехал? Что тогда?

Потоптавшись на месте несколько секунд, всё-таки иду против здравого смысла и решаюсь действовать. Не прощу себе, если допущу, чтобы Алана пострадала… Она же моя родная! А за своих близких я куда угодно пойду и сделаю всё, чтобы им помочь, даже себе во вред. Главное, её вытащить отсюда, всё остальное - ерунда.

Внутренне умирая от страха, натягиваю на лицо расслабленно-весёлое выражение, цепляю оставленный кем-то на земле бумажный стаканчик и вливаюсь в эту компанию, старательно имитируя их неустойчивую походку. Другие женщины здесь одеты в наряды, похожие на мой сарафан, только гораздо откровеннее, и это вполне могло бы сыграть против меня, не будь они под градусом. Надеясь, что не все из них знают друг друга в лицо, продвигаюсь вперёд, стараясь не привлекать лишнего внимания и не выделяться. Осматриваюсь. Аланы снова не нахожу.

Может, она в доме? Оттуда тоже слышатся голоса и музыка.

Поворачиваюсь к его входу и уже хочу подняться по крыльцу к гостеприимно распахнутым дверям, как слышу в спину окрик:

— Птичка, подожди, ты куда собралась?

Изо всех сил пытаясь удержать вид не теряющей из-за ужаса сознание девчонки, а довольной происходящим и поддерживающей всеобщее веселье девицы, разворачиваюсь, встречаясь глазами с одним из мужчин в белом халате на голое тело. Ему примерно за сорок, средний рост, крепкое телосложение, лысина. Похож на моё бывшее начальство в ресторане, которых Тамерлан уволил, кажется, против их воли. Что этот, что те приветливости и желания пообщаться не вызывают, только бежать как можно дальше, сверкая пятками.