Книга Олд мани 2. Наследник, страница 67 – Яна Голд

*

«Акции «Fidélia Capital» идут ко дну вместе с главным акционером».

*

Читать всю эту чернуху было невыносимо даже мне, что уж говорить про непосредственных родственников Феликса.

В какой-то момент к нам приехал Анри де Лаваль. Он предложил братьям Рошфор уединиться в гостиной. Камилла в их переговорах не участвовала. Меня тоже не приглашали. Но чуть позже от Марка я узнала, что будущий тесть Адриана предложил взять этот хаос под свой организованный контроль. Учитывая, что он владел медиахолдингом, это сделать не сложно.

— А зачем это Анри? – удивилась я этому внезапному жесту доброй воли. – Ты говорил, что он хитрый и своей выгоды не упускает. Не удивлюсь, если это с его подачи так кошмарит желтую прессу.

— Вполне возможно, – согласился Марк. – Это в его стиле – раскачать лодку, а потом в период кризиса начать скупать акции.

— И вы согласились принять его помощь?

— Да, – кивнул Марк, поджав губы. – Адриан считает, если не можешь шакалов остановить, нужно их возглавить. Не знаю, насколько у него это получится на пару с Анри… Но думаю, несколько официальных заявлений нам не повредит.

На удивление, никаких неожиданных ударов в спину со стороны отца Адель не произошло. Если Анри и преследовал свои интересы, то проявлялись они в чем-то другом, потому что общий тон публикаций изменился.

Теперь это была не сенсация в желтой прессе о потенциальных наследственных войнах, а трагедия семьи на центральных французских телеканалах. Да, трагедия богатой семьи. Но ведь богатые тоже плачут… И шокирует это ничуть не меньше, потому что все вдруг резко узнают, что представители громких фамилий – не далекие от мира небожители, а вполне себе земные люди. Такие же смертные.

В эфире появились официальные заявления от имени семьи, корректные репортажи о ходе поисков, интервью с представителями береговой охраны. Желтая пресса, конечно, никуда не делась, но теперь ее писклявый голос заглушал поток более взвешенных материалов.

Рошфоры и так не жалели ресурсов на поиски, оплачивая дорогостоящую аренду подводных дронов и дополнительных катеров. Но после того, как история Феликса прогремела на всех центральных каналах, к операции присоединились волонтеры. Обычные люди, которые решили помочь. Кто-то из сочувствия, кто-то из праздного любопытства. Но факт оставался фактом. Десятки неравнодушных добровольцев вызвались патрулировать сушу – они просматривали побережье от Антиба до Канн, заглядывая в каждую расщелину между скалами, проверяя каждую бухту.

Все понимали, что рано или поздно тело вынесет на берег. Вопрос был лишь в том, где и когда это произойдет.

Мы с Марком тоже взяли на себя один из возможных участков. Пока мы шли вдоль кромки воды, осматривая море и сушу, а я молила всех богов, чтобы этот кошмар закончился побыстрее. От одной только мысли, что десятки незнакомцев сейчас бродят по берегу в поисках трупа, становилось не по себе.

Границы между днями стирались, превращая время в одни бесконечно долгие сутки.

Камилла провалилась в какое-то странное, почти анабиозное состояние.

Она проводила все время в своей комнате и лишь изредка выходила, чтобы задать один и тот же вопрос:

— Феликс вернулся?

Не знаю, что меня пугало больше, поиски тела Феликса или вопросы Камиллы. Пока никто не заострял внимания на этой защитной реакции. То ли в общей траурной суете всем было не до того, то ли все просто понимали, что ей нужно время, чтобы справиться со стрессом в период неопределенности. В конце концов, каждый горюет, как умеет.