Книга Олд мани 2. Наследник, страница 50 – Яна Голд

Горе неприглядно. Камилла не пыталась казаться краше и едва ли кто-то мог усомниться в ее искренности. Такое не сыграешь. И уж точно никому не пожелаешь оказаться на ее месте. Какой бы стервозной ни была эта женщина, сейчас же она не вызывала у меня ничего, кроме жалости и сочувствия.

Помимо Камиллы в гостиной находился Адриан. Видимо, ему позвонили первым, и он успел приехать из Монако чуть раньше нас.

Адриан не сидел рядом с матерью, пытаясь ее утешить. Он, судя по всему, взял на себя другую функцию – продолжил вместо Камиллы методично обзванивать знакомых, которые могли знать, где сейчас Феликс.

— Si vous entendez quelque chose, appelez-moi immédiatement^[14], – сказал он в трубку напряженным голосом.

Заметив нас, Адриан коротко кивнул, не прерывая разговора, и снова отвернулся к окну.

— Вы же звонили отцу? – без предисловий уточнил Марк, обращаясь к мачехе.

Камилла подняла на него заплаканные глаза, но не успела ничего сказать. Завершив вызов, в диалог вмешался Адриан и ответил вместо нее:

— Естественно. С утра он недоступен. Телефон выключен или разряжен.

Марк подошел ближе к дивану, где сидела Камилла, и присел перед ней на корточки, пытаясь поймать ее взгляд.

— Камилла, – позвал он, настойчиво привлекая ее внимание. – Мне нужно знать все подробности. Что именно произошло? Когда вы в последний раз видели отца?

Камилла подняла на него красные, опухшие от слез глаза и попыталась взять себя в руки. Она судорожно всхлипнула, провела дрожащими пальцами по лицу, размазав остатки макияжа еще сильнее.

— Позавчера все гости разъехались после помолвки, – начала она дрожащим голосом. – Я тоже… Уехала на пару дней в наш офис в Париже… Мы готовим спецпроект к столетию дома. Вчера вечером я позвонила Феликсу, но он не ответил. Я закрутилась в делах, и не обратила на это внимания. Написала ему перед сном… Он так и не прочитал…

Она всхлипнула, прерывая свой рассказ. Марк не подгонял ее. Просто терпеливо ждал, когда она сможет продолжить.

— А когда вернулась… – попыталась договорить Камилла.

Но так и не смогла закончить фразу. Снова расплакалась, закрывая лицо руками. Худенькие плечи Камиллы сотрясались от рыданий, и чем дольше я на это смотрела, тем сильнее сжималось мое сердце.

Все обиды были забыты. Да и о каких обидах может идти речь, когда сильная женщина оказалась вдруг сломлена? Я не была злопамятной, чтобы торжествовать, глядя на ее горе.

— А когда вернулась, нигде не нашла отца, – продолжил за нее Адриан. – Его телефон уже был недоступен, а слуги сказали, что не видели его со вчерашнего утра. Вот мама и забила тревогу.

— А они ничего подозрительного не заметили в поведении Феликса? – нахмурившись, вмешалась я. – Может он как-то чувствовал себя плохо, пил таблетки с утра… Или что-то такое.

Задав вопрос, я притихла. По взглядам, устремленным на меня, показалось, что я не имею права голоса в этой семье и уж тем более не должна совать свой нос в дела Рошфоров. Однако сказанного не воротишь.

— Хороший вопрос. Кто из слуг видел Феликса последним? – спросил Марк у Адриана.

— Мадам Дюваль, – слабо ответила Камилла, подавив очередное всхлипывание.

— И Дафна, – сказал Адриан. – Сейчас позову их.

Он вышел из гостиной и вернулся через пару минут в сопровождении двух женщин. Домоправительница выглядела бледной, но собранной. Дафна же, всегда улыбчивая, душевная и пышущая здоровьем, сейчас была явно напугана и растеряна.