— Давид?.. — растерянно позвала я его снова. — Что-то случилось?
Он мгновенно взял себя в руки. Холодное выражение лица сменилось дежурной,
спокойной улыбкой, но я успела заметить эту перемену. Я была врачом и умела
читать микромимику людей. Этот человек лгал мне. Он не был тем, за кого себя
выдавал.
— Нет, Лиза, всё в порядке, — его голос прозвучал излишне ровно, сухо. — Это… по
поводу поставок древесины из города приехали закупщики. Я должен поговорить с
ними. Идите домой, замерзнете. Спасибо за компанию.
Он забрал свою куртку с моих плеч, быстро набросил ее и направился к машине
быстрым, размашистым шагом. Из тонированного салона «Мерседеса» торопливо вышел
солидный мужчина в дорогом пальто, который склонил голову в уважительном, почти
подобострастном жесте, приветствуя Давида.
Я осталась стоять на заснеженной дороге у своей калитки, прижимая корзину с
шиповником к груди.
Внутри меня медленно, со страшной силой оседало холодное, липкое чувство
сомнения. Простой пенсионер-строитель. Столяр, уставший от городского шума. И
роскошный внедорожник, перед владельцем которого его личный водитель или партнер
склоняется в поклоне.
КТО ты такой, Давид? И какую игру ты ведешь в нашем маленьком селе? Первая,
горькая капля недоверия упала на мое израненное сердце, заставив его сжаться в
предчувствии новой, еще более сложной тайны.
(от лица Макара)
От этого запаха меня уже откровенно тошнило. Едкий, удушливый, с мерзким
сладковатым привкусом гнили, он заполнил весь третий ангар, въедаясь в одежду, в
волосы, в поры на лице.
Я стоял посреди бетонного прохода склада, сжав кулаки в карманах куртки, и с
яростью смотрел на деревянные поддоны. Из нижних ящиков крупного сортового
севка, который я планировал продать в торговые сети по двойной цене, сочилась
мутная, склизкая жижа. Черная бактериальная гниль сожрала почти половину
отборного урожая.
Рядом со мной стоял представитель областного закупщика — пухлый, лысеющий мужик
в дорогой дубленке. Он брезгливо ткнул носком начищенного ботинка в подтекающий
ящик и поморщился:
— Ну и что это за дрянь, Калинин? Ты мне что по телефону пел? «Элитный сорт,
идеальное хранение, сухой склад»? Да у тебя тут болото развели! Весь нижний ярус
сгнил напрочь!
— Да это единичный случай, Виктор Сергеевич, — засуетился я, чувствуя, как по
спине под теплой курткой стекает противная струйка холодного пота. — Рабочие не
доглядели, вентиляцию поздно открыли… Верхние-то ящики сухие! Мы сейчас быстро
переберем, отсортируем…
— Переберешь? — закупщик насмешливо хмыкнул, доставая из папки договор. — У меня
фура у ворот мерзнет, шоферу простой капает. Я не на свалку приехал гниль
перебирать. Где сертификат соответствия на эту партию? Ты обещал фитосанитарный
акт от вчерашнего числа.
Я замер, судорожно сглотнув. В горле пересохло.
Сертификат. Черт бы его побрал! Раньше этими проклятыми бумажками всегда
занималась Лиза. Она знала всех районных инспекторов, сама возила пробы в
лабораторию, вовремя подавала заявки через электронный портал и вела строгий
температурный журнал. Когда она ушла, я просто забыл про этот контроль. Думал,
ерунда — лук он и есть лук, кому нужны эти формальности? А когда вчера сунулся в
районную лабораторию, мне заявили, что без свежего акта дезинфекции склада
никаких справок не дадут.
