Книга Мой железный босс. Любовь вопреки, страница 226 – Анна Варшевская

— Нет, не занят и не отвлекаешь, что-то срочное?

Кто-то за столом уронил ручку. Другой, сделавший как раз в этот момент глоток воды, подавился. И все, кроме Резанова, уставились на невозмутимого главу Совета, который кивал на неслышные слова собеседницы по ту сторону динамика.

— Конечно, как ты хочешь, так и сделаем, — согласился мужчина с чем-то спокойно, повергая в ступор тех, кто ещё в нём не находился. — Не проблема. Да. Прекрасно, я тоже очень рад.

Помолчал несколько секунд, а потом улыбнулся так, что финансовый директор, который сидел ближе всех остальных, подумал, что у него, видимо, всё-таки галлюцинации от перенапряжения.

— Я тебя тоже люблю, — прозвучали над столом совсем уж невозможные слова. — Да, перезвоню чуть позже.

Глава Совета завершил звонок, и в наступившей тишине, кажется, можно было бы услышать порхание крыльев бабочки, если бы она сейчас тут внезапно оказалась.

Финансовому директору вдруг пришла в голову революционная мысль: оказывается, его шеф умеет по-человечески с чем-то соглашаться?! Так, может быть, стоит попробовать…

— Феликс Эдмундович, — начал мужчина чуть более уверенно, — возвращаясь к нашему вопросу, вы, полагаю, не будете возражать, если мы всё же отложим принятие окончательного решения и…

Феликс перевёл на него взгляд, и директор, замолчав на середине фразы, сглотнул, кивнул и резко сдал назад.

— Думаю, все согласятся, что ваше решение — единственное верное в сложившейся ситуации, — пробормотал скороговоркой.

Нет уж. У него пока ещё развит инстинкт самосохранения. Зато этот инстинкт, судя по всему, напрочь отсутствует у недавней собеседницы Феликса. Хотя если учесть, как он с ней разговаривал… Интересно было бы посмотреть на эту женщину. Издалека. Метров так с пятидесяти.

Почему-то директор нисколько не сомневался: любой лишний взгляд в сторону той, с которой сейчас так нежно разговаривал глава компании, может аукнуться так, что хорошо если просто заикой останешься.

Мужчина подавил тяжёлый вздох и сосредоточился на финансовых деталях озвученного направления, в котором будет идти компания.

Деваться было абсолютно некуда.

Аврора

Пять лет спустя

Просыпаюсь я от того, что солнечный свет пробивается сквозь шторы и ложится на лицо тёплой полосой.

Некоторое время просто лежу, не открывая глаз. Нежусь под одеялом, улыбаюсь сама себе и лениво прислушиваюсь к тишине в спальне. Правда, до меня почти сразу доносится сопение, потом в спину мне начинают давить… сразу четыре конечности.

— Барс, тебе влетит, — говорю сонно, не делая попытки подняться. — Феликс тебя сколько отучал от кровати!

Пёс на мои слова, естественно, не реагирует.

Да-да, мы всё-таки завели бернского зенненхунда. Того самого, смешного, с белой полоской на лбу. Заводчица даже руками разводила, весело изумляясь, что он, видимо, действительно ждал нас — всех остальных щенков из этого помёта забрали значительно раньше.

Феликс занимался с ним сам. Потому что, по его словам, я была способна только разбаловать «эту скотину». Я улыбалась про себя и не мешала.

Не зря говорят, что чтобы избавиться от страха перед собаками, надо просто… завести собаку.

Хотя, может, моему мужу ещё помогла терапия. Я не спрашивала его. Были вещи, которые я никогда не стала бы заставлять его произносить вслух. Зачем давить? Главное — результат. А он был.