Книга Пышка в разводе. (не) запретишь мне танцевать!, страница 7 – Майя Нур

Телефон снова пискнул.

На этот раз пришло сообщение от банка.

«Уведомляем, что доступ к дополнительной банковской карте прекращён по инициативе владельца основного счёта.»

Ясна замерла.

Она открыла приложение.

Баланс её личной карты не изменился.

Зато исчезла карта, которой она пользовалась почти пятнадцать лет.

Та самая, с которой покупала продукты, лекарства, бытовую химию, подарки родственникам Глеба и всё необходимое для дома.

Глеб отключил её. Не предупредив. Не написав ни слова.

Она сидела неподвижно, пока экран телефона не погас. Потом снова включила его, словно надеялась, что сообщение исчезнет. Не исчезло. Всё оказалось реальным. Она медленно открыла заметки, где вчера записала остаток собственных денег, и впервые пересчитала их так, как считают последние накопления перед неизвестностью.

Именно в этот момент телефон завибрировал снова.

Сообщение было от Глеба.

«Я не отменял перевод денег. Но семейной картой ты больше пользоваться не будешь. Это нормально. И приезжай в офис. Срочно.»

Ясна перечитала текст дважды.

Потом медленно поднялась со стула.

Если ещё вчера ей казалось, что он просто разлюбил её, то сейчас внутри впервые появилось другое чувство. Очень холодное. Очень спокойное.

Глеб начал защищать не свою новую жизнь. Он начал защищать свои деньги.

А значит, впереди её ждал совсем другой развод, чем она представляла вчера вечером.

Ясна приехала к офисному зданию почти за полчаса до назначенного времени и ещё несколько минут наблюдала, как сотрудники торопливо проходят через стеклянные двери. Многие лица казались знакомыми. Одних она сама когда-то принимала на работу, другим помогала оформлять документы, третьим напоминала о просроченных отчётах. Они здоровались с охранником, смеялись, разговаривали по телефону, и никто не подозревал, что женщина, сидящая в припаркованном такси, ещё двое суток назад приезжала сюда почти каждый день. Ясна расплатилась, взяла сумку и медленно направилась ко входу, заранее готовясь к любопытным взглядам. Она ошиблась. Взгляды оказались не любопытными. Они были испуганными.

Администратор на ресепшене заметно смутилась.

— Ясна Андреевна... Здравствуйте.

— Доброе утро.

Девушка прикусила губу, будто собиралась сказать что-то ещё, но лишь отвела глаза. Это насторожило сильнее любого слуха. В лифте Ясна встретила начальника снабжения. Тот кивнул ей, пробормотал невнятное приветствие и неожиданно вышел этажом раньше, хотя его кабинет находился выше. Воздух в офисе словно изменился за одну ночь. Она чувствовала это кожей. Люди не избегают смотреть в глаза человеку без причины.

Кабинет Глеба оказался закрыт. Из приёмной выглянула его секретарь, молоденькая девушка, проработавшая здесь меньше года. Она вскочила так поспешно, что опрокинула стакан с карандашами.

— Он ждёт вас.

— Спасибо.

Секретарь сделала шаг вперёд, потом быстро оглянулась на дверь кабинета и почти шёпотом сказала:

— Ясна Андреевна... вы потом проверьте всё, что будете подписывать.

Она не успела объяснить. Дверь кабинета открылась.

— Заходи, — коротко бросил Глеб.

Ясна сразу поняла, что он плохо спал. Под глазами пролегли тёмные круги, воротник рубашки был застёгнут неровно, а на столе стояли две почти пустые чашки кофе. Однако жалости она не испытала. Перед ней сидел человек, который меньше суток назад без колебаний разрушил их семью, а утром уже лишил её доступа к семейной карте.