Книга Развод в 55: Адвокат, защищайся сам!, страница 30 – Ксения Соболева

Дом оставался Вадиму. Несколько счетов и вложений делились согласно приложениям, которых в папке не было. Татьяна перевернула страницу, вернулась назад и проверила оглавление. Приложения упоминались, но не были приложены.

Она записала: «Где приложения?»

Через несколько минут вопросов стало семь.

Почему сумма накоплений указана общей цифрой без разбивки? Где один из старых вкладов? Что означает доля в будущем проекте? Почему автомобиль назван личным имуществом Татьяны, если приобретался в браке? Кто является владельцем квартиры, которую ей предлагают?

В какой-то момент она поймала себя на том, что дышит ровнее.

Знакомое ощущение. Не уверенность, нет. Скорее возвращение старого способа думать. Если что-то страшное нельзя пока изменить, его хотя бы можно разложить на части и рассмотреть. Татьяна семь лет почти не пользовалась этим навыком. Болезнь Галины Павловны не подчинялась таблицам, медицина постоянно меняла прогнозы, а человеческое сознание вообще плевать хотело на порядок. Здесь же были страницы, цифры и слова, оставленные людьми. А люди, в отличие от болезни, всегда оставляют следы собственных решений.

Она дошла до раздела, который первоначально почти не заметила.

«Информационное сопровождение прекращения семейных отношений».

Татьяна нахмурилась и стала читать медленнее.

Стороны подтверждали, что прекращение брака является результатом длительного взаимного решения. Стороны обязуются воздерживаться от публичного распространения сведений, способных нанести ущерб профессиональной репутации друг друга. Стороны допускают использование информации о прекращении брака в образовательных, рекламных и информационных материалах проекта Вадима Воронцова при условии сохранения уважительного характера публикаций.

Татьяна перечитала абзац.

Потом ещё раз.

Дальше было интереснее.

Вадим получал право публично ссылаться на их семейный опыт в материалах курса, интервью, публикациях и телевизионных программах. Татьяна должна была предварительно согласовывать собственные публичные комментарии о браке, если они касались его профессиональной деятельности или третьих лиц, связанных с новым проектом. Имя Киры, конечно, не упоминалось.

Татьяна откинулась на спинку стула.

Вот зачем всё это.

Не только дом.

Не только Кира.

Не просто желание развестись без скандала.

Он заранее встроил её согласие в свою работу.

Она вернулась к первой странице и посмотрела на дату документа. Проект подготовлен почти три недели назад.

Три недели.

Примерно тогда же Вадим поговорил с Дарьей.

Татьяна открыла телефон и нашла календарь. Три недели назад они с мужем ездили к нотариусу по делам наследства Галины Павловны. После этого обедали вместе. Она вспомнила ресторан, вспомнила, как Вадим заказал ей десерт, хотя Татьяна сказала, что не хочет, и смеялся, что после семи лет семейной диеты пора возвращать её к жизни. Вечером он уехал на встречу с Кирой по поводу нового курса.

Документ уже существовал.

Возможно, не окончательная версия, но существовал.

Татьяна стала перелистывать страницы назад и вдруг увидела отдельный лист, который при первом просмотре приняла за обычное пояснение. Заголовок был безобидным: «Основные принципы публичной коммуникации». Ниже стояли несколько коротких пунктов. Первый: долгий брак завершён по взаимному решению. Второй: супруги сохраняют уважение и благодарность друг к другу. Третий: расставание не связано с изменой или появлением третьих лиц. Четвёртый: семья заранее обсудила переход к новой жизни после окончания периода ухода за тяжело больным родственником. Пятый: взрослый ребёнок поддерживает решение родителей и сохраняет близкие отношения с обоими.