Книга Развод в 55: Адвокат, защищайся сам!, страница 22 – Ксения Соболева

Вадим налил суп и сел напротив. Папку он отодвинул чуть в сторону, чтобы освободить место тарелке. Документ о конце брака соседствовал с горчицей, хлебом и солонкой, будто так ему и полагалось.

— Ты хочешь спросить что-то конкретное — спрашивай, — произнёс Вадим, размешивая суп. — Только без бессмысленных взаимных оскорблений. Я отвечу настолько честно, насколько сейчас возможно.

Татьяна посмотрела на него.

— Когда началось?

Ложка остановилась над тарелкой всего на мгновение.

— Я уже сказал, что не хочу обсуждать подробности сегодня.

— Это не подробность. Я не спрашиваю, в какой гостинице вы впервые переспали. Я спрашиваю, сколько времени мой муж жил со мной и имел отношения с другой женщиной.

Вадим положил ложку обратно.

— Какой ответ тебе поможет? Год? Полгода? Два? Что после этого изменится?

— Я хотя бы узнаю, какой кусок собственной жизни мне теперь надо пересмотреть.

— Вот именно поэтому я не хочу называть даты, — раздражение быстро вернулось в его голос. — Ты начнёшь разбирать каждый день, каждую поездку, каждый вечер и искать там доказательства. Это унизительно прежде всего для тебя самой.

— Как удобно. Ты изменял, а унижусь я, если захочу узнать когда.

— Я не сказал этого.

— Ты только что именно это сказал.

Вадим отложил ложку окончательно и сцепил пальцы перед тарелкой.

— Хорошо. Давай попробуем иначе. Наши отношения с Кирой появились тогда, когда наш с тобой брак уже фактически закончился. Не юридически, не формально, но как отношения мужчины и женщины.

Татьяна почувствовала, как внутри поднимается знакомая холодная злость.

— Дату.

— Тань.

— Дату, Вадим.

— Я не буду сейчас устраивать допрос.

— Потому что ты адвокат, а допрашивать привык сам?

Он резко поднял глаза.

— Потому что это ничего тебе не даст.

— Тогда назови. Если ничего не даст, тебе нечего бояться.

Несколько секунд они молчали. Вадим первым отвёл взгляд, взял хлеб, откусил и стал жевать, будто решил, что разговор можно просто переждать. Татьяна наблюдала за ним, и собственное спокойствие удивляло всё сильнее. Она представляла измену совсем иначе. В дешёвых сериалах женщина кричит, швыряет чашку, требует чемодан и немедленно выгоняет мужчину из дома. В настоящей кухне муж спокойно ест вчерашний суп, а жена смотрит, как он жуёт, и пытается выяснить дату, которая уже существовала в прошлом независимо от того, узнает она её или нет.

— Ладно, — сказал Вадим, проглотив хлеб. — Я не назову сегодня точный момент. Просто потому что точного момента не было. Отношения развивались постепенно.

— Какая удивительная особенность у измены. Она, оказывается, начинается без всякого момента.

— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.

— Нет, не понимаю.

Он провёл ладонью по лбу.

— Сначала мы работали. Потом стали много разговаривать. Потом поняли, что нам хорошо вместе. Если ты хочешь день, час и минуту, когда всё превратилось из одного в другое, я тебе не назову.

— А когда вы впервые спали вместе, ты помнишь?

Вадим резко отодвинул тарелку.

— Вот это и есть те самые унизительные подробности, о которых я говорил.

— Для кого унизительные?

— Для всех нас.

Татьяна усмехнулась.

— Кира сегодня не выглядела униженной.

— Потому что она умеет вести себя взросло.

Слова прозвучали быстрее, чем Вадим успел их остановить. Татьяна увидела, как он понял ошибку, по тому самому короткому напряжению в глазах, которое столько раз замечала у него в эфирах после неудачного вопроса ведущего. Но отступать он не стал.