Книга Шпора на сердце, страница 110 – Лисавета Челищева

— Бабуль, она у меня только с утра. Я не успел её раскормить ещё.

— Раскормишь! — бабушка махнула рукой и пошла на кухню, доставая свёртки из сумки. — Я вам сейчас драников разогрею. У меня с собой и зелень, и сметана. Всё свежее, только с рынка.

Я стояла, не зная, куда себя деть. Олег подошёл ко мне сзади, наклонился к уху.

— Готова набрать пару килограммов? Она у меня всех кормит.

— Думаешь, мне нужно поправиться?

— Конечно. Мне же надо за что-то держаться.

Я скривилась, больно ущипнув его за плечо.

— Шучу-шучу!

— Олежка, не шепчись! Что вы там секретничаете? — крикнула старушка с кухни.

— Ничего, бабуль! Говорю Саше, что ты у меня мировая бабушка. Она у тебя возьмёт рецепт драников, мне будет готовить после тренировок.

— Размечтался. — шепчу я с улыбкой.

Олег усадил меня обратно за стол, сел напротив. Бабушка хлопотала у плиты, нарезая хлеб и зелень. На душе стало легче, светлее от такой обстановки.

— Расскажи, как вы познакомились-то? — спросила старушка, не оборачиваясь. — На танцах или на улице?

Я посмотрела на Олега. Он ответил мне взглядом, полным коварства.

— Ага, на собрании в доме культуры раздобыл такую красоту.

— Мы учимся на одном факультете, — перебила я его.

— Да? И давно?

— Не очень. Но Олега я давно знаю. — я улыбнулась. — Просто мы не общались раньше. Олег больше мячами увлекался.

Олег поднял бровь, но ничего не сказал.

Бабушка обернулась, глядя на нас со счастливой улыбкой.

— А я как со своим мужем познакомилась, тоже всё судьба. Он меня не сразу заметил. Вместе который год картошку собирали на полях. А вот однажды заметил меня и всё. На всю жизнь. — засмеялась она.

Я слушала и думала о маме. О том, как она когда-то смотрела на отца с такой же любовью, а он просто ушёл.

Я покосилась на Олега. Он смотрел на бабушку с лёгкой улыбкой. Он был другим в её присутствии. Таким домашним. Спокойным. Я увидела его с другой стороны.

— А ты, Сашенька, где живёшь-то? — спросила бабушка, ставя передо мной тарелку с дымящимися драниками.

— У родителей. Но я скоро съеду. Хочу снять квартиру.

— Одна? — бабушка удивлённо подняла брови. — Как же одна? Олежка у меня тоже один живёт. Жили бы вместе, глядишь, и семью бы строили уже. — подмигнула она мне.

Я покраснела, наверное, до ушей. Олег кашлянул в кулак, прожёвывая драник.

— Бабуль, не смущай.

— А что я? Я ничего. Я просто говорю. Вы же вместе. Чего ждать? Седых волос? Дождётесь. Жизнь — вжик, и уже седой. А вы пара такая красивая, гармоничная. Симпатичненькие, светленькие.

Я посмотрела на Олега. Он посмотрел на меня, не мигая. Уголок губ лукаво дрогнул.

— Мы не только оба светленькие, — сказал Олег, не отрывая от меня взгляда.

Я положила руку на его колено под столом и сжала.

— Мы ещё и на одном факультете учимся.

— Именно, — ухмыльнулся он.

Бабушка ничего не заметила, увлечённо раскладывая драники.

— А какая у вас любовь! Вижу, как вы смотрите друг на друга, и сердце радуется. Вспоминаю себя с мужем. Мы такие же были. Вы, главное, берегите друг друга. Любовь-то, она знаешь, какая? Она хрупкая. Её беречь надо. Слушайте друг друга, всё через диалог решайте.

Я взяла драник. Он был горячий, с хрустящей корочкой. Откусила. Вкус детства. Мама когда-то делала такие же. Я не могла вспомнить, когда последний раз чувствовала такую домашность.