Книга Школа стихий, страница 37 – Анна Леви

С четырех лет Эзо снились сны про школу Воды, руны, книги и подводный мир. Видения были настолько красочными и так легко запоминались, что после нескольких пересказов их родителям, тоже выпускникам школы Воды, его отец обратился к брату жены Ка Лаферму.

Дядя обожал племянника, а мама Эзо, Лилит Лаферм, некогда была Директором школы Воды. Очень талантливая и способная. Однако после ряда загадочных событий она сама попросила, чтобы ее отправили в забвение. Тогда впервые в забвение отправили по собственной воле, да еще и с такой почетной должности. После ухода Лилит место директора школы Воды занял ее брат Ка Лаферм. В душе он винил себя, что не отговорил сестру от забвения. Хотя при нем водная школа процветала. Ка Лаферм создал подводные плантации, вел амбициозные проекты, организовывал внеклассные активности для всех четырех школ.

Эзо определенно обладал талантом. Он быстро усваивал всё, что слышал и читал. Он мог бы стать прекрасным Хранителем или Магистром, если бы не одно но: он не умел ладить со сверстниками. Не знал, что говорить, с чего начать беседу и как продолжить. Особенно с теми, кто очевидно наговаривал на него за спиной. Мальчику было скучно и душно, он терялся и постоянно ощущал тревогу. Словно он чужой. Не в школе Воды, а в коллективе ребят, таких разных, веселых, дружных и любознательных. Куда спокойнее он чувствовал себя в библиотеке.

Ка Лаферм потакал любви Эзо к книгам и старался дать ему лучшее, даже разрешал брать свое блюдо для общения с духами. Блюда обладали разными способностями, так что Эзо, как будто с велосипеда сразу пересел в гоночную машину. К слову, эти блюда как раз производились из минералов под толщей воды, поэтому самыми красивыми и зоркими блюдами обладала именно школа Воды. Дядя полагал, что через общение с духами Эзо найдет себе друзей. Но ошибался, потому что с помощью блюда мальчик часто слышал, как ему завидуют и обсуждают его за спиной. Он никогда не говорил об этом дяде. Вообще редко делился тем, что видел.

Собственно, за все двенадцать лет жизни Эзо, включая первые богатые на знакомства недели в Школе стихий, Лео был единственным, кто не просто стал с ним дружить, а спас его от огненного шара. Теперь Ка Рамон хочет изжить Лео из Школы, что, в общем, логично, но ведь должны быть исключения. Такая безжалостность к первокурснику, который только начинает постигать свои возможности, казалась Эзо незаслуженной. Хорошо, что дядя понимал, что именно произошло, и обещал защитить Лео перед Советом. Ведь Лео был единственным другом Эзо. Первым другом.

По стеклянному глубоководному коридору в окружении цветных медуз, пятнистых акул, светящихся люминесцентных рыб разного размера, в сопровождении кадлфина и тантолопса, задумчивый Эзо прошел к библиотеке, а оттуда – прямо в класс руновладения. В это время в кабинетах обычно никого нет. Сейчас время спортивных активностей типа дайвинга в школе Воды, скалолазания – в школе Земли, тучабола – у Воздуха и пеплборда – в школе Огня.

Именно эти примерно два часа перед ужином Эзо любил больше всего.

Погруженный в разговор с самим собой, мальчик не дошел до кабинета руновладения. Ноги сами привели его в кабинет дяди. Стена зарябила водной гладью, на ней появились круги, и Эзо нырнул внутрь. Он занял свое любимое место в самом дальнем углу и закрыл глаза. Хотел заглянуть в события Великого противостояния, но никак не мог сосредоточиться. Наконец серебряное блюдо покрылось мелкой рябью.