Книга Отец подруги. Мой кавказский препод, страница 37 – Майя Новак

Мы поднимаемся на пятнадцатый этаж. Пока идем по просторному офису Кабира, сотрудники вежливо здороваются с ним и быстро ретируются. Всем своим видом они демонстрируют, что Алиев требовательный и строгий начальник. Может, даже самодур.

Мы заходим в просторную приемную. Секретарь за стойкой поднимает взгляд от лежащих перед ней документов.

Та самая…

Я уверена, это она.

Та, которая греет его постель. Или грела, если верить Кабиру.

Она скользит равнодушным взглядом по мне, как будто я совершенно незначительна. Зато в Кабира впивается таким, что даже мне становится неловко.

— Добрый день, Кабир Селимович, — чуть ли не поет грудным голосом отполированная до блеска секретарша.

— Марина, я занят. Для всех, — отрезает он. — Через час мне тут нужен начальник отдела кадров. Виктория, заходи.

Он подталкивает меня в открытую дверь кабинета. Сам заходит следом, и я слышу, как закрывается дверь.

Огромный кабинет, сплошь окруженный панорамными окнами, поделен на три секции. Впереди большой стол с большим кожаным креслом. Напротив него стоят два поменьше, тоже из черной кожи. Слева конференц-стол в окружении стульев. Справа — зона отдыха с двумя небольшими кожаными диванами, которые разделяет стильный столик из куска дерева. За зоной отдыха полки во всю стену, на которых стоят дипломы, награды, книги и несколько папок.

Мой взгляд задерживается на диванчиках.

Это тут он свою секретаршу?..

Внутренности сжимаются, а потом я вздрагиваю, когда чувствую, как ко мне подходит Кабир.

— Раздевайся, Виктория.

Я резко разворачиваюсь и впиваюсь в препода взглядом.

— Я не буду трахаться с тобой там, где ты раскладывал свою секретаршу! — рявкаю.

— Помыть бы тебе рот с мылом, — цедит он. — Верхнюю одежду снимай! Разговаривать будем!

— Не надо так со мной разговаривать! — рявкаю я.

— Ты забываешься, Виктория, — раздражается он еще сильнее. — Забываешь, с кем разговариваешь.

— Правда? Тогда скажите, Кабир Селимович, кто сейчас передо мной? Отец подруги? Преподаватель? Именитый адвокат? Или мужчина, который совсем недавно признавался мне в любви и шептал нежности, лежа обнаженным со мной в одной постели? Кто передо мной? И как мне с этим кем-то общаться?

Жду, что Кабир опять взорвется, но он вздыхает. Молча снимает свое пальто и бросает его на спинку дивана. Опускается на него и кивает мне.

— Присядь.

— Спасибо, я постою, — выдаю, сжимая перед собой руки.

— Вика, ты можешь просто сесть и поговорить? Обещаю ответить на все твои вопросы. Честно ответить. Потому что сейчас перед тобой любящий мужчина. Тот, с которым ты лежала в постели.

— Тогда почему этот мужчина позволяет себе разговаривать со мной, как с подчиненной? Приказывать, хватать за руки и пытаться засунуть в машину. Рычать на меня. То, что я младше тебя, не говорит о том, что у меня нет собственного мнения или желаний. Я имею право знать всю правду и требовать нормального отношения. А если тебя не устраивает, что твоя женщина имеет свое мнение, то, боюсь, нам не по пути.

Я уверена в каждом своем слове, поэтому чеканю их, глядя на Кабира, без единой заминки. Только вот последняя моя фраза заставляет холодок пробежать по коже. Что, если Кабир согласится и скажет, что нам действительно не по пути? Но лучше расстаться, чем быть запасным вариантом, который он юзает, пока находится в разлуке с женой.