Книга Ненавижу тебя, мажор, страница 28 – Ева Енисеева

Верх:Выбираю между чёрным кружевом и белым шёлком. Голосуй.

Я:Голосую за спокойствие и адекватность.

Верх: тогда мы останемся без банкета, а ты останешься без белья.

Я: Ты сводишь меня с ума.

Верх: Это взаимно.

Все пары я краснела и бледнела, а Женя надо мной смеялась.

— Вот так и начинаются токсичные отношения!

Я только улыбалась.

Токсичные? Не знаю, наверное… но пока что — окрыляющие.

Верх:В 14:00 встречаю у ворот. Не спорь. Тебе нужно платье.

Я, конечно, поспорила.

Я: Я сама могу купить себе платье.

Верх:Знаю. Но я хочу выбрать то, из-за чего потом придётся всех бить.

После пар я быстро забежала в комнату, переоделась и к двум часам была уже готова.

Он стоял, облокотившись о машину и вертел в руках зажигалку.

В темных джинсах и черной кожаной куртке, руки в карманах, взгляд, скрытый за солнцезащитными очками, но я чувствовала, что он направлен прямо на меня.

Его волосы чуть взъерошены, на запястье часы, а пальцы привычно играют зажигалкой.

Щёлк. Пламя вспыхивает на секунду и гаснет.

Щёлк.

Как метроном, отсчитывающий конец моему самообладанию.

На мне тоже были джинсы, а ещё топ, кофта и жилетка. А под всем этим гладкое целомудренное бельё… мало ли, что меня ждало в примерочной!

Он молча открыл пассажирскую дверь. Я молча залезла внутрь.

Он сел рядом, завёл двигатель.

— Пристегнись, — сказал, не глядя.

Мотор мягко зарычал, и машина выехала со стоянки.

Музыка заиграла сама — джаз.

— Мы же за платьем, да? — уточнила я. — Никаких видов из окон.

— Расслабься, Солнце. Это всего лишь шоппинг.

Я смотрела в окно, стараясь дышать ровно.

— Нравится бегать по утрам? — его голос прозвучал спокойно, почти небрежно.

Я сглотнула. Вот и началось. — Да. Это помогает проснуться. — Одинокая пробежка — лучший способ привести в порядок мысли, — заметил он, и в его тоне я уловила сталь. — Ничто не отвлекает.

Я не ответила. Игра в кошки-мышки началась, и я была мышкой.

— Наверное, с кем-то бегать веселее. Поддерживать темп… разговаривать.

— Сколько ты ещё будешь мне это припоминать?

Он тихо рассмеялся, низкий звук, от которого по спине пробежали мурашки.

— Я только начал.

Так мы и препирались до самого магазина. Хотя магазином этот бутик было сложно назвать. Чего-то такого я и ожидала от Верха, но реальность оказалась ещё дороже: там просто не было цен.

Я сделала шаг внутрь и тут же почувствовала себя некомфортно.

— Стас, — прошептала я. — Здесь, кажется, за один рукав можно продать почку.

— Возьмём платье без рукавов? — невозмутимо спросил он.

— Я серьёзно!

— Я тоже. Расслабься и дай мне сделать тебе подарок.

К нам подошла ухоженная блондинка.

— Чем могу помочь?

Её взгляд скользнул по моим джинсам и простой футболке, и я почувствовала себя нищей родственницей, забредшей не в тот район.

Но Стас приобнял меня, и стало легче.

Через десять минут я стояла в окружении целой армии вешалок. Платья, блестящие, струящиеся, кружевные, такие, что можно сразу к алтарю.

Стас уселся в кресле у зеркала и только оценивал мои наряды.

Я надела длинное, пудровое платье с открытой спиной и вышла из примерочной.

Он поднял голову от телефона.

Секунда — и в его взгляде мелькнуло что-то, от чего мне стало жарко.

— Красиво, — сказал он. — Но оно слишком… правильное.

— А что не так с “правильным”?