Книга Последний Хранитель Империи 3, страница 64 – Сергей Орлов

— Когда я повзрослел, — продолжил он, и его голос стал твёрдым, как камень, — то десятилетиями изучал самые тёмные искусства, запретные ритуалы, заброшенные практики. Я путешествовал по миру, собирая крупицы знаний о проклятиях, которые невозможно снять. Забирался в древние гробницы, беседовал с духами давно умерших магов, торговался с сущностями из-за грани реальности. Всё ради одной цели.

Его глаза полыхнули нечеловеческим огнём, в глубине которого плясали образы непредставимых кошмаров.

— Я наложил проклятие на род Аль-Закра, — слова падали тяжело, как капли расплавленного металла. — Не быстрое, не милосердное. Я хотел, чтобы они страдали поколениями, чтобы каждый новорожденный напоминал им о предательстве предков. Справедливость требовала ответа. Кровь — за кровь, боль — за боль, слезы — за слезы.

В его голосе звучала такая древняя, такая выстраданная ярость, что даже воздух, казалось, вибрировал от неё. Я почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом от осознания масштаба этой мести, растянувшейся на тысячелетия.

— Их дети, рождённые с Покровом Зверя, будут смертельно болеть, — он делал паузу после каждого слова, словно вбивая гвозди в крышку гроба. — Магические каналы ребёнка начнут разрушаться, как только проявится дар. Сначала медленно — лишь слабость, кошмары по ночам, незначительные магические выбросы. Затем быстрее — боли, неконтролируемые всплески силы, разрывающие тело изнутри. И наконец, агония — медленная, мучительная смерть… Такая же, как у моих братьев и сестёр в магической темнице, куда их бросили без суда и без надежды на освобождение.

Джинн поднял руку, и над его ладонью возник маленький синий огонёк, пульсирующий, как человеческое сердце.

— Я создал проклятие так, чтобы оно передавалось через поколения, становясь частью их наследия, их крови, их сути. Чтобы каждый раз, когда в их роду рождался ребенок с Покровом Зверя, они вспоминали о своём предательстве. О цене, которую приходится платить за нарушенные клятвы.

Я замер, осознавая услышанное. Выходит, что проклятие, теперь поражающее клан Аль-Нахар, не было случайностью — оно было наложено намеренно, тысячи лет назад, как месть за предательство древнего рода Аль-Закра.

— Но как проклятие перекинулось на род Мурада? — спросил я, пытаясь понять связь. — Ведь он из клана Аль-Нахар, а не Аль-Закра.

Фазиль усмехнулся — в этой усмешке не было веселья, только горечь существа, прожившего слишком долго.

— Спустя несколько поколений, когда проклятие уже начало действовать, оставшиеся в живых представители рода Аль-Закра поняли, что их линия обречена на вымирание. Они были слишком гордыми, чтобы признать поражение, слишком упрямыми, чтобы искать примирения. Вместо этого они выбрали хитрость — то, в чём люди, как ни странно, умудрились превзойти даже джиннов.

Он провёл рукой над алтарём, и в воздухе возникли призрачные силуэты людей, заключающих какой-то договор.

— Они заключили династический брак с кланом Аль-Нахар, одним из сильнейших в регионе. Породнились, смешали кровь, передали своё наследие — и вместе с ним, незаметно для новой семьи, моё проклятие. — Фазиль покачал головой. — Но не все дети в роду Аль-Нахар рождаются с Покровом Зверя. Большинство наследуют Покров Скорпиона, доминирующий в их крови. Лишь изредка, раз в поколение, проявляется древний дар Аль-Закры — и тогда проклятие пробуждается, требуя свою жертву.