Книга Последний Хранитель Империи, страница 110 – Сергей Орлов

— Не беспокойтесь о нынешнем финансовом положении шейха, — добавил граф, словно прочитав мои мысли. — Для человека его положения и связей временная потеря состояния — лишь небольшое неудобство. С его влиянием в регионе и торговыми контактами Мурад восстановит свое богатство за год-два. Главное, что у него есть нечто более ценное, чем золото — доверие правящих домов, уважение кланов и обширная сеть союзников по всему Востоку.

Граф сделал короткий, но выразительный жест рукой:

— В нашем мире, Вольский, настоящая валюта — это влияние и связи. А у клана Аль-Нахар их в избытке.

— Помимо всего прочего, — продолжил граф, видя мои сомнения, — это даст вам уникальную возможность изучить свой Покров под защитой тех, кто не желает его уничтожить, как Корнилов.

Я заметил, что вокруг глаз графа Давыдова все это время мерцало едва заметное серебристое свечение — он использовал свой Покров Совы. Граф не упускал ни единого слова, ни единого жеста шейха, и тот факт, что разговор продолжался, говорил сам за себя — история Аль-Нахара выдерживала проверку.

Осознав, что и мои слова тоже проверяются на искренность, я немного напрягся, но быстро взял себя в руки. Мне было нечего скрывать — по крайней мере, в этом разговоре. Я взглянул на шейха, который молча наблюдал за нашим разговором.

— Вы гарантируете мою безопасность? — спросил я у графа.

— Насколько это в моих силах, — серьезно ответил Давыдов. — Политический вес моего рода и позиция в Совете позволяют многое, но не всё. Однако я могу с уверенностью сказать, что в Аравии, под защитой клана Аль-Нахар, вы будете в большей безопасности, чем здесь, в Петербурге, где за вами охотятся и Корнилов, и Пахомов.

Воздух в Синем кабинете стал тяжелым от напряжения, пока значимость слов графа оседала в моем сознании. Я сделал медленный глоток чая, позволяя теплой жидкости утихомирить беспокойные мысли.

— Вы говорите о безопасности, — произнес я наконец, переводя взгляд с одного мужчины на другого. — Но каждая влиятельная фигура, проявившая интерес к моему Покрову, имела скрытые мотивы. — Я подался вперед. — Почему клан Аль-Нахар должен быть исключением, после исцеления вашего сына?

Глаза шейха встретились с моими, не отводя взгляда.

— Потому что в отличие от Корнилова или Пахомова, я стремлюсь к спасении жизни, а не получении силы, — тихо сказал он. — После исцеления моего сына вас будут почитать как спасителя нашей семьи, а не держать как пленника или инструмент обретения власти.

Я повернул страницы в своей руке, ощущая их древнюю текстуру, наблюдая, как голубой свет пульсирует в ритме с моим сердцебиением. Эти страницы представляли не просто знания, но, возможно, мой единственный шанс понять странную силу, которая долгое время ограничивала мои возможности.

— Если соглашусь, — осторожно сказал я, — что конкретно от меня потребуется?

Шейх подался вперед, его выражение стало искренним.

— Мой сын находится в нашем семейном поместье за пределами Аравийской столицы. Мы отправимся туда немедленно. С полностью восстановленным Реликтом вы попытаетесь использовать свой Покров для его исцеления согласно инструкциям, содержащимся внутри. — Он указал на страницы. — Согласно древним текстам, первозданный Покров Зверя обладал целительными свойствами, утраченными после разделения на двенадцать классических Покровов. Он мог исправлять искажения в магической сущности человека.