Книга Лекарь в мире ЗОМБИ 6, страница 104 – Сергей Орлов

Мои ботинки оставляли отпечатки в пепле, покрывавшем землю серым саваном. Кое-где из этого пепла торчали обугленные кости — слишком многочисленные, чтобы принадлежать животным. С каждым шагом всё яснее понимал масштаб катастрофы. Это было не просто нападение — это было тотальное уничтожение всего живого.

— Тут кто-нибудь есть? — мой голос прозвучал надломленно и чуждо, словно принадлежал другому человеку. Он отразился от пустых стен, вернувшись жалким эхом, подчеркивающим одиночество и пустоту.

За спиной что-то зашуршало. Я резко обернулся и замер, чувствуя, как холодок пробегает по позвоночнику, превращая его в ледяной стержень. В тени полуразрушенного дома стояла женская фигура, неестественно изогнутая, словно некоторые кости были сломаны и неправильно срослись.

Она сделала шаг вперёд, и рассеянный свет упал на её лицо. Диана. Но не та сильная, яростная женщина, которую я знал. Её кожа приобрела пепельно-серый оттенок, напоминающий мокрую бумагу. Под этой полупрозрачной оболочкой виднелись тёмные вены, пульсирующие чем-то чёрным, густым, похожим на нефть. Глаза затянуло белёсой плёнкой, как у слепой рыбы из глубоких пещер, но я чувствовал, что она видит меня, ощущает моё присутствие каким-то иным, потусторонним способом. С подбородка стекала густая чёрная жидкость, капая на землю и оставляя маслянистые следы.

Она двигалась рваными, неестественными движениями, словно каждый сустав работал отдельно от остальных. Плечи дёргались вверх-вниз в асинхронном ритме, голова наклонялась под невозможным углом, а пальцы постоянно подрагивали, будто перебирая невидимые струны.

— Ты… ты нас бросил, — её голос звучал как скрежет металла по стеклу, слоистый, с эхом, словно несколько голосов говорили одновременно. В нём не осталось ничего от прежней Дианы, лишь бесконечная, холодная ненависть. — Ты выбрал месть вместо нас.

Из тени за её спиной выплыла ещё одна фигура. Нина. Её лицо исказилось до неузнаваемости — челюсть вывихнута и свисает под неестественным углом, обнажая почерневшие дёсны, из которых торчат удлинившиеся зубы. Кожа на щеках местами отсутствовала, открывая гниющую плоть и фрагменты челюстных мышц. Но хуже всего были руки — длинные, неестественно вывернутые пальцы с отросшими до черноты ногтями, больше напоминающими когти хищной птицы.

Её глаза, когда-то живые и умные, теперь превратились в мутные шарики, затянутые той же белёсой плёнкой. Рот растянулся в жуткой пародии на улыбку, обнажая тёмные дёсны и язык, который, казалось, слишком длинным для человеческого рта.

— Ты мог спасти нас, Макар, — прохрипела она, и с каждым словом изо рта вырывались клубы чёрного дыма. — Но ты ушёл. Ты всегда уходишь. И все, кого ты покидаешь, обречены.

Они синхронно сделали шаг вперёд. Воздух вокруг них словно сгущался, образуя тёмную ауру, в которой плавали маленькие частички пепла и гари. От них исходил запах — не обычного разложения, а что-то иное, более древнее и глубокое, как будто сама смерть приобрела физическую форму и теперь наступала на меня.

Я пятился, ощущая, как паника поднимается изнутри ледяной волной. Спина упёрлась в холодную бетонную стену — дальше отступать было некуда. Пальцы сами собой сжались в кулаки, на коже проступили чёрные споры, реагируя на страх и инстинкт самосохранения.