Книга Лекарь в мире ЗОМБИ 6, страница 102 – Сергей Орлов

— Уверен в этом, — Леший достал из рюкзака потрёпанную карту и расправил её на капоте ближайшего ржавого грузовика. Его пальцы, покрытые шрамами и мозолями, уверенно скользили по бумаге. — Когда Господь посылает воина для борьбы со злом, дьявол всегда пытается уничтожить его. Так было во все времена, от Давида до наших дней.

Он поднял взгляд, и я с удивлением заметил в его глазах не страх или сомнение, а какое-то странное воодушевление.

— Они охотятся на тебя. Целенаправленно, — продолжил старик, водя узловатым пальцем по карте. — Эти твари чуют в тебе силу, способную их уничтожить. Видишь? Это подтверждение того, что ты действительно избран для великой миссии. Сатана никогда не бросает все силы на борьбу с обычным человеком.

Я мысленно вздохнул. Скорее всего, среди напавших был грёбаный Ищейка — псионик, специализирующийся на обнаружении энергетических следов. Никаких «сил зла» и «происков дьявола», только практичный механизм охоты. Но разубеждать фанатика сейчас бесполезно.

— Нам сюда, — Леший ткнул пальцем в точку на северной окраине города. — Заброшенная исследовательская станция времён холодной войны. Господь привёл меня к ней много лет назад, словно готовил к этому дню. — Его голос стал тише, почти интимнее. — Там есть то, что нам понадобится для твоего обучения и грядущей битвы.

Он смотрел мне прямо в глаза, и его взгляд был тяжёлым, как свинец, пронизывающим до самых костей.

— В Писании сказано: «И ангелы, не сохранившие своего достоинства, оставившие своё жилище, соблюдаются в вечных узах, под мраком, на суд великого дня». — Старик говорил с абсолютной убеждённостью человека, не допускающего сомнений. — Эти твари… они становятся умнее, организованнее. Словно ими управляет единый разум. Не думал, что за ними может стоять нечто большее? Нечто древнее и безмерно злое?

Я снова подавил желание выложить свою теорию. У зомби-псиоников с сохранившимся интеллектом часто проявляются лидерские качества, они собирают вокруг себя других мертвяков, создают иерархию. Я встречал такие группы и раньше — никакой мистики, только эволюционная адаптация.

— Идём, — Леший закинул рюкзак на плечо, проверил снаряжение привычным движением и решительно двинулся вперёд. — До рассвета нужно добраться до убежища. А потом… — он передёрнул затвор автомата с характерным металлическим лязгом, — начнём войну на их территории.

Предрассветный туман растекался по лесу густым молоком, обволакивая стволы деревьев и превращая окружающий мир в размытую акварель. Леший двигался впереди — бесшумно, с удивительной для его возраста грацией. Каждый его шаг был отточен десятилетиями выживания, каждый жест экономен и целесообразен. Ни одного лишнего движения, ни единого ненужного звука. Он перемещался словно призрак, не оставляющий следов, и эта его способность сливаться с окружающей средой завораживала и пугала одновременно.

Наконец впереди, за пеленой тумана, проступили очертания массивного бетонного здания, наполовину вросшего в землю и почти полностью скрытого от посторонних глаз разросшимся подлеском и молодыми деревьями. Я остановился, оценивая обнаруженное укрытие. Облупившаяся серая краска стен, выщербленный бетон, обнажающий проржавевшие прутья арматуры, грубо заваренные металлическими листами окна — всё выдавало в нём военный объект времён холодной войны, который по какой-то причине не снесли и не законсервировали, а просто оставили умирать.