Книга Мажор в школе магии 1, страница 33 – Сергей Орлов

Толпа удивленно зашепталась.

— Это к делу не относится, — отрезал Емеля. — Еще вопросы?

— А кормят тут как? — неожиданно поднял руку Ярик.

Я уж думал, что ему сейчас по шапке насуют, но Емельянов отреагировал абсолютно спокойно:

— Все, что касается проживания, пропитания и выхода в город, обсудим сразу после распределения. Так что, если у вас больше нет вопросов, вставайте в колонну по двое и следуйте за мной.

Народ судорожно забегал, стараясь как можно скорее выполнить команду. Меня же какое-то мурло сильно толкнуло в плечо.

— Еще увидимся, урод… — процедил Коля, после чего направился в начало колонны.

— Че урод-то сразу? А бабушка говорит, что я красивый!

Девочки за спиной захихикали и начали перешептываться. Что не осталось без внимания Ярика.

— Может потом затусим с ними? — предложил парень. — Отметим, так сказать, поступление.

Я немного подумал и пожал плечами, мол, «вечером разберемся». Все дело в том, что Яр был слишком спокойным, а ведь он вчера потерял брата. Пусть и двоюродного. Из этого следовало только одно — либо успокоительное Прасковьи действует несколько дней, либо мой друг просто не хочется оставаться наедине со своими мыслями. И хоть я не особо рвусь в первый же вечер мутить с какими-то первокурсницами, Ярика поддержать надо.

В большом зале нас уже ожидали остальные учащиеся школы, а также их учителя и директор. Мы с дедом сразу договорились, что я загляну к нему уже после распределения, так как вчера его самого еще не было в городе. Правда, я почему-то был уверен, что он пришлет к вокзалу своего помощника, но этого почему-то не случилось. Оно и к лучшему, ведь в итоге я смог пообщаться с Емелей и познакомиться с Прасковьей. Хороший был вечер.

Сам зал выглядел по-настоящему впечатляюще: высокие сводчатые потолки, украшенные фресками с изображением магических символов, создавали ощущение простора и величия; стены зала отделаны панелями из тёмного дерева, на которых развешаны гобелены с изображениями древних битв и мифических существ. У дальней стены находилась сцена, на которой стоял длинный учительский стол, за которым расположились преподаватели. Перед ними был расположен стол с четырьмя золотыми кубками. Еще ближе к нам была установлена платформа познания — большая каменная пластина, каждый сантиметр которой был расписан магическими символами.

Кресла для учеников расположились внизу, перед сценой. Они были четырех разных цветов, что прямо говорило, какие факультеты где должны располагаться. Беглый взгляд показал, что зал практически полностью забит — остались лишь места в первых двух рядах.

— Процедура такая, — продолжил Емеля. — Кто-то из нас называет человека по фамилии и имени, после чего он встает на платформу познания, узнает свой факультет и занимает место в кресле положенного цвета. Всем все понятно?

Студенты снова кивнули вразнобой.

— Отлично, тогда идем.

Пока шли, приметил место, на котором расположился дед. Мы с ним не виделись почти два года, поэтому наша встреча меня искренне обрадовала. Прохор, судя по проскользнувшей улыбке, разделял мои чувства.

Когда мы подошли к платформе, старосты забрались на сцену и встали спинами к преподавателям. Слово снова взял Емеля:

— И так, не будем тянуть кота за… кхм… то есть не будем тянуть время и сразу перейдем к процедуре распределения, — по залу прокатились аплодисменты. — Артамонов Егор!