Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 3, страница 18 – Миф Базаров

— Разгоняется, — я не верил себе и потому говорил тихо. — Источник прёт.

— Ты же сам говорил, что пять дней.

— Говорил, что не знаю. На пятом одно, на шестом может быть совсем другое. У каждого мага источник наполняется по-своему.

Я прислушался ещё. Не верил. Уже привык, что время идёт против меня, и теперь ждал подвоха.

Но подвоха не было, источник стремительно наполнялся.

— Прощупай Петра, — сказал я. — Сколько у него ещё времени?

Мария отставила кружку, придвинулась к наставнику, положила ладони ему на виски и закрыла глаза.

— У самого края, — сказала она через полминуты. — Настоящего почти не осталось. Тонкая полоска внизу, и всё. Чужой занял почти всё место.

— А точнее?

— Часы, — она подняла на меня глаза. — Игорь, максимум шесть.

Я снова нырнул в источник. Тот наливался, каналы ширились на глазах, как ручьи в половодье. Все пять каналов: один от головы, два от ног и ещё два от рук. Вот только от правой руки канал был крохотный, словно ручеёк.

Я прикинул объём источника и скорость наполнения.

Есть шанс.

Гонка пошла ноздря в ноздрю.

Часы против часов.

В ночи я наконец почувствовал, что могу творить магию.

А настоящего в Петре, по последнему прощупу Марии, оставалось на донышке. Кто кого обгонит, решалось теперь не сутками и даже не часами, а минутами.

Тянуть нельзя.

— Готовься, — сказал я Марии. — Сейчас. Твоя работа — держать его живым. Я полезу глубоко, тело будет рвать и колотить, наставнику станет худо. Сердце, дыхание — всё на тебе. Не дай ему умереть, пока я работаю.

— А сила? Тебе подкачать?

— Не дотянешься. Шестой уровень не подпитать с четвёртого, только каналы мне спутаешь, — я опустился перед наставником на колени. — Держи плечи и держи в нём жизнь. Этого хватит.

Она кивнула, без лишних слов перехватила Петра под лопатки, прижала.

Я снял ошейник, и Пётр тут же вспыхнул красным свечением. Положил ладони ему на виски.

И тут чужой почуял меня.

Я открыл прямой канал между мной и Петром, потянулся в верхний слой — и наткнулся не на сонную муть, как ждал, а на живой гладкий голос. Он лёг мне прямо в голову, тёплый, спокойный.

«Ну здравствуй, здравствуй, Игорёк!»

Я не ответил. Стал нащупывать, за что схватить этот огромный чёрный сгусток, который почти полностью поглотил моего наставника.

«Погоди».

Я молчал, работал.

«Ты мне нравишься, мы с тобой похожи, — чужак говорил неспешно, будто у нас вся ночь впереди. — Я знаю, чего ты хочешь. Месть за семью. Спасти Ушинского. Мне это сделать — раз плюнуть».

«Пошёл вон!»

«Не спеши. Оставь мне немного места внизу, и я отдам тебе врагов одного за другим. Ты ведь этим живёшь, я вижу».

Я прижал чужое сознание ладонью канала. Оно дёрнулось, скользнуло вглубь.

«И старика терять не придётся. Подумай. Ты уже похоронил отца, мать, сестру. Учитель твой где-то в цепях. Остался один Пётр. Если прогонишь меня, неизвестно, проснётся он или нет. А оставишь — точно будет жить. Я тихий. Мы уживемся вдвоём, и никто не заметит. Зачем тебе ещё одна могила?»

Складно. По больному, точно по больному.

Я слушал и работал. Нащупал чужое биение целиком, обвёл его, как обводят занозу под кожей, прежде чем поддеть.

«Сделаю тебя магом четырёх стихий: огня, воды, воздуха, земли. Никаких порталов ждать не надо, сам откроешь любой. Императором станешь, если захочешь. Отдай мне это тело, и уже через год будешь в Зимнем дворце».