Книга Пепел на снегу, страница 203 – Анастасия Ваймор

— У нас не так много времени, Кейт. Он скоро будет здесь.

Гимтар говорил это с безразличной уверенностью, прекрасно понимая, что его слова произведут впечатление. Каждую чёртову минуту, проведённую в этой «тюрьме», я ждала Джерда, испытывая при этом безумный страх за него. Мысли, что он может попасть в ужасную ловушку, терзали меня. Я не могла допустить, чтобы он столкнулся с чудовищем, которое сидело напротив.

Накануне ночью произошло нечто странное. Засыпая, я вдруг услышала в голове голос… самый желанный на свете голос…

— Кейт, — прозвучал он в моём сознании сдавленно и едва слышно.

Я мгновенно встрепенулась, сон как рукой сняло. Я села, прикрыла веки и, задержав дыхание, начала тщательно прислушиваться к себе. Может, я схожу с ума?

— Кейт, — снова услышала я. — Любимая, я приду за тобой. Ничего не бойся, потерпи немного, я уже близко.

Внезапно тёплая волна невидимых объятий окутала меня. Это был Джерд. Но как? Как это возможно?

— Нет, нет, нет, — зашептала я в панике. — Джерд, если ты меня слышишь, не приходи! Он убьёт тебя. Не приходи, пожалуйста, не приходи!

Но как бы я ни повторяла эти слова, как бы ни пыталась сосредоточиться, больше ничего не почувствовала. Оставалось только надеяться, что он услышал меня.

— Ты боишься за него? — Гимтар привлёк моё внимание. Его спокойный тон резал слух. — Что ж, это вполне естественно. Но смирись, девочка. Такова судьба. Его и его семьи.

Он помолчал, давая осознать услышанное, прежде чем продолжить.

— А вот что до тебя, то шанс ещё есть. — Он сжал губы в подобии улыбки. — Скажи, ты хотела бы вернуться домой?

Я встретила его взгляд, стараясь скрыть смятение.

— Хотела бы. Не трудись возражать. Я вижу всё. — Гимтар улыбнулся, голос стал мягче, но в каждом слове по-прежнему слышалась неприкрытая угроза. — Я могу помочь в этом, вернуть тебя домой прямо сейчас. Ты снова будешь с семьёй, снова заживёшь прежней жизнью…

Он пристально наблюдал за моей реакцией.

— Зачем тебе всё это, Кейт? — Он сделал пространный жест рукой. — Этот мир не твой. Здесь ты чужая.

Я напряглась.

— Чего ты хочешь взамен?

Но Гимтар, проигнорировав мой вопрос, продолжил рассуждать:

— Ты колеблешься, это понятно. Ты влюблена. Любовь — интересная штука, не так ли? Она приходит неожиданно, и вдруг человек, который ещё вчера был незнакомым, становится для тебя всем. Я наблюдал за вами, Кейт. Ждал, когда ваша связь окрепнет, превратится в ту самую любовь, о которой мечтает каждое разумное существо, независимо от мира, в котором живёт. Истинная любовь, Кейт, — это нечто редкое. Не смотри на меня так, я знаю, о чём говорю.

Он замолчал. Взгляд его вдруг рассеялся, как будто он смотрел куда-то сквозь меня.

— Есть такая любовь, что угасает в считаные годы, но есть и другая — вечная. Её не сжигает огонь страсти, не остужает холод ревности, не убивает ни расстояние, ни время, ни даже смерть.

Голос его стал тише, задумчивее.

— О да, я ждал. Ваша встреча оказалась случайной, но именно такая случайность мне и нужна была.

Советник медленно потягивал вино, расслабленно откинувшись на спинку стула, и говорил. Говорил так, словно выговаривался после долгого молчания.

— Нелюбимый сын великого короля Валарана, неправильный принц. Но усмешка судьбы в том, Кейт, что король, сам того не ведая, наделил мальчишку железной несгибаемой волей. Не воспитывая его, он всё равно сделал его точной копией себя. Его старший сын и дочь — всего лишь жалкие марионетки в моих руках. Их я пока не трону, они мне нужны. Принц Реджинар — покорный мальчик. Мне даже не придётся прилагать усилий, он сам разрушит своё королевство, сотрёт его с лица континента. Жажда власти сыграет свою роль, а ненависть, которую посеяла в нём мать, лишь подстегнёт этот процесс. Согласись, Кейт, глубокие душевные раны способны толкнуть человека на путь тьмы с поразительной быстротой. Но когда Реджинар выполнит всё, что мне нужно, я избавлюсь и от него, и от его глупой истеричной сестры. Как же они мне надоели!