Книга Семь шагов к Сатане. Лик в бездне, страница 170 – Абрахам Грэйс Меррит

Суарра, казалось, была не слишком удивлена, так мало удивлена, что Грейдону стало любопытно: было ли это предложение придумано ею самой?

— Хорошо, – сказала она тихо. – Тогда мы должны выработать какой-то иной план. Я об этом думала. Слушайте внимательно, Регор. Через семь ночей – полнолуние, и эта ночь – Ландофакси, праздник Делателей снов. Все будут в амфитеатре – в городе останется мало охраны. Пусть Грейдон вернется к Хуону. На пятую ночь, считая от этой, выскользните из убежища и идите в обход головной части озера, через болота. Пусть Грейдон будет одет как эмер. Раскрасьте ему лицо и тело, сделайте ему черный парик – такой, как прическа у эмеров. Его серые глаза мы изменить не сможем – придется идти на риск. Вы знаете дворец Кадока. Он – тайный враг Лантлу и друг Хуона и ваш, но об этом мне говорить вам не нужно. Отведите туда Грейдона. Кадок спрячет его, пока не наступит ночь Ландофакси. Я пришлю проводника, которому можно доверять. Этот проводник отведет его ко дворцу. Таким образом он отыщет свой путь к Матери. Это произойдет благодаря его смелости, поскольку это потребует смелости. И разве он не проявил свой ум, когда отверг мое предложение? Так что поставленные Матерью условия будут выполнены.

— Это отличный план! – громыхнул Регор. – Клянусь Матерью, это такой хороший план, будто исходит от нее самой! Пусть будет так. А теперь, Суарра, готовься уйти. Ты пробыла здесь долго, и с каждым мгновением я боюсь все больше, хотя я не очень подвержен страху.

— Это хороший план, – сказал Грейдон. – И, сердце мое, уходи теперь, как просит Регор, потому что я тоже боюсь за тебя.

Ее нежные руки обвились вокруг его шеи, ее губы прижались к его губам, и он почувствовал, что щеки ее мокры от слез.

— Любимый! – прошептала она.

Суарра ушла.

— Гр-р-р-мф! – Регор испустил долгий вздох облегчения.

— Ну, дорога делается яснее. Теперь нам ничего не остается делать, как вернуться и ждать пятую ночь, а затем приступить к вашему камуфляжу.

Он радостно закудахтал.

— Подожди, Регор!

Грейдон слушал каждой клеткой своего тела.

— Возможно там опасность. Она могла попасть в засаду. Слушай…

Несколько минут они тихо стояли и слушали, но не услышали ни звука.

— Она в достаточной безопасности, – проворчал наконец Регор. – Вы слышали, что обещала ей Мать. Но – не нам, дружище. Наша дорога назад так же опасна, как и сюда. Пойдемте.

Он свистнул караульной охране.

Индейцы скользнули на платформу. Глубоко погруженный в думы, Грейдон отсутствующим взглядом скользнул по фантастическому профилю тени, отброшенной женщиной-лягушкой.

Луна поднялась выше и отбрасывала резкую тень колоссальной головы на гладкую поверхность скалы, от которой начиналась и шла дальше источенная пещерами стена. Зачарованный гротескностью тени, очнувшись от своих размышлений, Грейдон уставился на нее.

Он увидел, что рядом появилась другая тень, медленно ползущая к ней, гигантская тень головы ящера. Грейдон повернулся, следя за ней.

Из-за утеса, на уровне плеча женщины-лягушки, высунулась голова человека-ящера, огромная голова, по меньшей мере в два раза большая виденных до сих пор Грейдоном. Красные глаза свирепо посмотрели на Грейдона, огромные челюсти раскрылись.

— Регор! – крикнул Грейдон и потянулся за пистолетом. – Смотри!