Книга Семь шагов к Сатане. Лик в бездне, страница 155 – Абрахам Грэйс Меррит

Грейдон повернулся на стуле и посмотрел на Регора. Тот насмешливо смотрел на него, но в глазах его было подлинное дружелюбие, и решимость Грейдона начала ослабевать. В Хуоне, впрочем, как и в Лантлу, проглядывало нечто, заставлявшее Грейдона чувствовать себя одиноким, что-то чуждое, нечеловеческое. Может, красота, превосходящая классические образцы? Он не знал. Но Регора это не касалось. Регор был как будто из другого мира. И к тому же он доказал свою доброту.

— Можете доверять мне, дружище, – ответил на его мысли Регор. – Вчера вечером вы проявили мудрость, но то, что было мудро вчера, совсем не обязательно мудро и сегодня. Вероятно, поможет определиться с выбором, если я скажу, что знаю Суарру и люблю ее, как собственную дочь.

Грейдон принял решение.

— Договоримся, Регор, – сказал он. – Вопрос за вопрос. Ответь на мой, и я отвечу на твой.

— Договорились, – проворчал Регор, – и если мы заставляем Братство ждать, пусть погрызет ногти.

Грейдон перешел прямо к беспокоившему его вопросу:

— Хуон задавал вчера много вопросов. И большинство из них о смерти в моей земле, ее формах, как она приходит к нам, как долго живут у нас люди. Можно подумать, что он знает только смерть от убийства. Почему Хуон так интересуется смертью?

— Потому что Хуон бессмертен, – спокойно ответил Регор.

— Бессмертен? – недоверчиво переспросил Грейдон.

— Бессмертен, – повторил Регор, – если, конечно, кто-нибудь не убьет его или он сам не предпочтет… выбор, который есть у всех нас.

— У всех вас – снова переспросил Грейдон. – И ты, Регор, тоже?

— Даже я, – ответил гигант, вежливо поклонившись.

— Но ведь не индейцы! – воскликнул Грейдон.

— Нет, не они, – терпеливо ответил Регор.

— Значит, они умирают. – Грейдон отчаянно пытался найти хоть какую-то брешь в этой чудовищной концепции. – Они умирают, как и мы. Почему же Хуон на их примере не узнал о смерти? Зачем спрашивать меня?

— На это есть два ответа, – с видом знатока ответил Регор. – Во-первых, вы, и, следовательно, весь ваш народ гораздо ближе к нам, чем эмеры – вы зовете их аймара. Поэтому, рассудил Хуон, он, вероятно, сможет узнать у вас, какой была бы Дверь Смерти для нас, если бы мы решили открыть ее в Ю-Атланчи, во всей Ю-Атланчи. Кстати, это одна из причин, почему мы стали отверженными. Во-вторых, эмеры, за редчайшими исключениями, не живут долго и умирают все одинаково. Их убивают, прежде чем у них появляется возможность умереть другим путем. Это другая причина, почему мы стали отверженными.

Грейдон чувствовал себя как в кошмаре.

Суарра тоже – бессмертная? Но, во имя Бога, сколько же ей тогда лет? Мысль эта была определенно неприятной. Это скрытое племя, они не люди, они необычны. Не может Суарра оказаться одним из этих – чудовищ! Он не осмелился спросить прямо, подошел со стороны.

— Дорина тоже?

— Естественно, – спокойно ответил Регор.

— Она очень похожа на Суарру. Могла бы быть ее сестрой.

— О нет, – ответил Регор, – дайте-ка сообразить. Она сестра бабушки Суарры… или ее прабабушки. Что-то в этом роде.

Грейдон подозрительно посмотрел на него. Издевается над ним Регор, что ли?

— Что-то вроде тетки, – саркастически сказал он.

— Можно и так, – согласился Регор.

— Дьявол! – воскликнул Грейдон в отчаянии и ударил кулаком по столу. Регор удивленно посмотрел на него, потом засмеялся.