Книга Леди озера, страница 47 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

Я спешу к ним, мои щеки пылают.

— Мама, – зову я, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Кажется, она не слышит, но серебристые глаза Рафаэля смотрят прямо на меня, и я вижу в них жалость, от которой становится еще хуже.

В моей груди закипает гнев. Я подхожу вплотную и осторожно беру маму за руку. Она удивленно моргает, глядя на меня. На ее отросших светлых волосах видна седина. Красная помада размазана по губам до самого подбородка.

— Ния! Откуда ты взялась? Я только что познакомилась с прекрасным молодым человеком… – невнятно бормочет она, слегка покачиваясь. – Он собирается пригласить меня на свидание…

Черт ее дери. Она же не в первый раз его видит.

Рафаэль бросает на меня взгляд, который ясно говорит: он понятия не имеет, о чем она.

— Кажется, ей нужна помощь…

— Мне не нужна помощь. Мы с ним собираемся выпить. Хочешь пойти со мной? – спрашивает она.

— Ты не пойдешь с ним пить, – отвечаю я как можно спокойнее. – Тебе нужно лечь спать.

— Но я как раз собиралась пригласить его выпить, – возражает она, хихикая. – Похоже, я ему нравлюсь… Не ревнуй, Ния. Это неприлично.

Я мечтаю провалиться сквозь землю.

— Нет, мама. Тебе нужна вода. Сон и много воды.

Она снова покачивается, прикрыв веки.

Я уже со счета сбилась, сколько раз мы с ней оказывались в такой ситуации – просто заезженная пластинка. Она по-прежнему виснет на Рафаэле. Трудно представить, что когда-то я считала ее потрясной.

— Рафаэль, – я поворачиваюсь к нему, – можешь проводить ее до отеля? Она остановилась в городе в отеле «Бран» или «Бранвен Инн».

Он пожимает плечами:

— Она может переночевать в моей комнате. Я за ней присмотрю. Но хочу, чтобы ты кое-что пообещала, Ния. Если ты настаиваешь на возвращении в то жуткое место, не дожидайся приказа Башни Авалона. Что касается Ловца Снов, воспользуйся шансом, как только он появится. Убей принца, а потом убирайся оттуда по-тихому. Понимаешь? Не беспокойся об Обероне.

— Я сейчас не могу это обсуждать, – шиплю я.

— Я хочу прогуляться, – бормочет мама, вырывая от меня свою руку.

В моей груди поднимается буря, но я пытаюсь унять это бушующее море.

— Тебе нужны вода и сон, мам, – медленно повторяю я. – Тебе нужен тот, кто поможет добраться до кровати. Мама? Тебе нужно лечь спать. Тебе больше нельзя пить. Это яд. Ты травишь себя.

Она кивает на Рафаэля, не глядя на меня.

— Он затащит меня к себе в постель. Понимаешь, о чем я? Он мне нравится. Вот этот.

Внутри меня что-то обрывается. Разражается буря, молнии бьют по ребрам, тучи клубятся.

— Заткнись, черт возьми! – ору я. – Он не тащит тебя в постель. Он проследит, чтобы ты заснула, потому что ты не в состоянии о себе позаботиться. Тебе пятьдесят. Пора повзрослеть.

Она смотрит на меня невидящим взглядом, открыв рот; выражение ее лица меняется, из глаз текут слезы.

— Меня никто не любит…

Меня трясет от выброса адреналина, какого я не чувствовала даже в пылу битвы. Драконы, стрелы, бегство через окно башни – ничто по сравнению с этим. Мысль о том, что Рафаэль приведет ее к себе в комнату, где она, скорее всего, попытается забраться к нему в постель, вызывает во мне такую ярость, что я содрогаюсь всем телом. Мне хочется и дальше орать на нее без остановки, выплеснуть всю злость до последней капли, но железным усилием воли я подавляю порыв.