Книга Взгляд из-подо льда, страница 106 – Наталия Коротаева

— «Я сейчас захлебнусь», – пронеслось в мыслях.

— Нет, не надо. Пустите меня, пустите! – пыталась кричать она, но сама себя она не слышала, будто была уже под водой.

Она открыла глаза, наполненные слезами, над ней склонился Эван.

— Успокойся, Адриана, это всего лишь сон, – успокаивающе сказал он.

За плотно задвинутыми шторами стучал дождь.

* * *

Оставаясь дома одна, Адриана часто находила странные для нее вещи. Письма на имя Джона Рихтера. Она нашла фотоаппарат, хотя знала, что Эван не любил фотографироваться. Как-то она обнаружила целую коробку мужских вещей, хотя знала, что Эван такого не надел бы, рисунки, про которые он ничего не знал. Чем больше она находила вещей, тем больше вопросов она задавала.

Адриана стала очень беспокойной, Эван смотрел на нее и понимал, что ему было бы на руку, если бы ее воля была подавленной. У него были небольшие запасы лекарств еще со времен, когда его пичкали ими в больнице. И он начал их крошить и добавлять Адриане то в чай, то в горячую еду. Адриана становилась сонной, малоактивной. Эвану было спокойнее, но он понимал, что она слишком много думает и задает ему слишком много вопросов. Сидя за столом, он замечал, как она наблюдает за ним, смотрит, не сводя глаз. Вначале Эван хотел признаться ей во всем, но позже передумал. Они жили вместе, но каждый был сам по себе, холодное одиночество и боль царили в воздухе. Ком, образовавшийся между ними, принял слишком большую форму, перетекающую в неприязнь. Эвана раздражало буквально все, на мозг давили непрекращающиеся новостные репортажи об исчезновении Адрианы, транслируемые в супермаркетах и пекарнях, куда Эван ходил каждое утро за свежим хлебом. Они перестали говорить за обедом, выходить вместе на прогулки, стали спать под разными одеялами, старались не встречаться взглядами и избегать совместных бытовых дел.

Адриана часто возвращалась мысленно в свою семью, вспоминала жизнь до больницы, до Эриха Вебера, и думала, что не такая уж и плохая жизнь у нее была. Она ловила себя на мысли, что за столько лет, после того как родители определили ее в больницу, она чувствует, что скучает по ним, по своему дому, по своей комнате. И как ей хочется вернуться туда!

Эван был в своих мыслях. Он хотел жить так, как он привык, ни за что себя не виня. Но была Адриана, которая явно ему очень мешала. Она вызывала у него разные чувства. Ничего не говорила, но он чувствовал то стыд, понимая, что она о чем-то догадывается, то приступ параноидальной мнительности, а в те моменты, когда Эван брал себя в руки, в нем просыпались жестокость и злость.

Однажды вечером, вернувшись домой, Эван заметил, что дома что-то изменилось. Он разулся, отставил обувь и прошел. Пол был чистым, Адриана убралась. На кухне стояла кастрюля, Эван заглянул – суп с фрикадельками и зеленым горошком. В комнате все прибрано, он остановился и на минуту задумался. Ему изменения не нравились, он хотел было подойти к шкафу, как открылась дверь с балкона, за гардиной стояла Адриана. Они встретились взглядами. Это была все та же девушка, с красивыми волосами и милым лицом. Та девушка, из-за которой он вернулся в то место, куда не хотел бы возвращаться больше никогда, чтобы забрать, вытащить ее оттуда и подарить новую жизнь. И вот она стоит перед ним.