Книга Взгляд из-подо льда, страница 105 – Наталия Коротаева

— Адриана, откуда ты взяла их!? – ринувшись к ней и схватив за плечи, он затряс ее так, будто в ней и вовсе не было никакого веса.

Адриана, оцепенев от страха, уперлась взглядом в обезумевшего Эвана. От ее взгляда ему стало не по себе, и он развернулся и бросился на кухню.

— Я… я… просто хотела… – дрожащим голосом залепетала Адриана, но тут же замолчала, увидев размыто, глазами, наполненными слезами, что Эван снова приближался к ней, уже с пакетом в руках.

— Замолчи, Адриана, замолчи! – второй раз более утвердительно произнес он, наклонившись к ее лицу. – Быстро собирай все в пакет. Не желаю ничего слушать! – приказывая, сказал Эван и сам пошел в коридор, с шумом надел ботинки.

Адриана не глядя сгребала рисунки с пола в пакет, она дрожала, как лист, боясь его очередного появления перед собой, из глаз лились слезы, а сам взгляд она не сводила с косяка стены между комнатой и коридором, за которым, обуваясь, скрывался от ее взгляда Эван.

Собрав все, она хотела было встать, но в ногах разлилась несносная слабость. Встав с колен, она было направилась к мусорному ящику, как вдруг почувствовала глухой удар по голове и протяжное «Дай сюда», эхом разносящееся по воздуху.

Она завалилась набок. Адриана видела входную дверь и обувь Эвана, в глазах начало двоиться, тупой удар сменился острой болью в области затылка, звуки шагов, голоса, все как-то смешалось, пол перестал быть жестким, она куда-то проваливалась, но пошевелиться не получалось. Все силы кончились, тело обмякло. Дверь захлопнулась с другой стороны, и в голове Адрианы отозвалась резкой волной боль, от которой захотелось вскрикнуть, но глубокий вдох, сделанный ей, также обернулся нестерпимой резью в голове, и в воздухе раздался лишь тихий беспомощный стон.

Когда она открыла глаза, в комнате уже было темно, она, видимо, заснула. Первое, что она почувствовала, – головную боль. Приподнявшись на руки, при этом боль значительно усилилась, она огляделась по сторонам. Везде выключен свет, окна зашторены. Они так делали с Эваном на ночь. Значит, уже ночь.

— «А где Эван?» – спросила она про себя.

Посмотрев на кровать, стоящую от нее в двух метрах, она увидела его там спящим. Она медленно встала и, словно провинившийся ребенок, пошла к кровати. Осторожно сев на край, она посмотрела на лицо Эвана. Было похоже, что он спит. Она начала укладываться, отвернувшись от него, на самый край постели, как почувствовала какое-то движение, такое незначительное, будто шевельнулся воздух. Эван не спал. Он положил тяжелую руку ей на талию и одним движением придвинул к себе. Адриана не испытала никакого страха, даже наоборот, ей стало спокойнее. Они прижались друг к другу, и она не успела закрыть глаза, как тут же все ее мысли унес сон.

Адриане снился сон. Ей снилось кладбище, по которому она шла по узкой дороге вдоль кварталов с могилами. Ясность дня сменяла надвигающаяся мрачность, и гул ворон заставлял ее нервничать. Какое-то мелькание появилось сбоку, перед глазами, она постоянно оборачивалась, присутствие кого-то или чего-то рядом, чего она не видит, вызывало неконтролируемую панику. Вдруг вдалеке, слева от кладбища, она услышала стук колес поезда, сначала частый, несущий поезд вперед и сопровождающийся шумом, затем резкий гудок, неприятное визжание, за которым слышно было общий шум, а потом стук утих – поезд останавливался. Ее единственный шанс покинуть это ужасное место, заставляющее стыть в жилах кровь! Она интуитивно пошла на еще слышимый шум, где-то там за небольшим пролеском должен стоять поезд. Ей пришлось идти по одному из кварталов. Она шла, выбирая невидимую тропинку из проходов, обрамляющих оградки. Проходы становились уже. Андриана торопилась. Наконец начал виднеться поезд, но ей становилось все сложнее идти. Ее худенькие тоненькие ноги утопали в чем-то вязком. Сначала только стопы с пальцами, затем вся ступня. Переставлять ноги и идти стоило титанических усилий. Она помогала себе, ухватываясь за пики на оградках. От бессилия по лицу Адрианы покатились слезы, от кожи и головы шла испарина, она была вся мокрая. Когда уже щиколотки и лодыжки были погружены в трясину, снова раздался резкий гудок. Поезд вот-вот начнет отходить! Она совершила резкий рывок всем, таким уже ненавистным, тяжелым телом, но ничего не вышло. Кроме ног, ее еще что-то остановило, будто кто-то схватил ее за подол платья и потащил назад, и она лишь с досадой упала на руки вперед и тут же погрузилась по локоть в пучину. Послышался нарастающий стук колес. Тело Адрианы обмякло, она не могла больше бороться, она кинула взгляд за плечо, подол ее платья зацепился за пику на ограде. Она обессиленно опустила голову. Противная густая масса зеленого цвета, с отливом охры пузырилась и поглощала ее. Под слоем этой массы ее кто-то схватил за руку и потянул туда, вниз.