Книга Ада 2, страница 57 – Гала Мрок

— Спасибо… большое спасибо, — она жмёт мне руки ледяными пальцами.

Перевожу взгляд на девочку, которая внимательно смотрит на меня исподлобья. У неё выразительные янтарные глаза, как два огонька в этом сером мире. Заячьи ушки на капюшоне поникли, свисают вперёд, посиневшие от холода пальчики перебирают их. Губы сжаты в тонкую белую линию.

— Привет, я Ада, — протягиваю к ней ладонь.

Длинные ресницы хлопают, детская рука нерешительно касается моей и тут же девочка прячет её в прилипший карман. Она не отводит взгляда, изучает меня, пытается понять, можно ли мне доверять.

— Прости, она не разговаривает, — девушка снимает мокрый капюшон с головы девочки. Медные волосы сбились в колтун, прилипли к лицу.

— А сколько ей лет?

Судя по девчонке, разговаривать она уже давно должна.

— Ей пять, а разговаривать она перестала после… — девушка замолкает, сглатывает, глаза наполняются слезами.

— Тихо, — прерываю её, прислоняя палец к губам. Прислушиваюсь к отдаленным звукам выстрелов. Звук приглушенный, но отчетливый.

— Давайте в дом, там поговорим. И согреемся.

Девушка кивает, подталкивает девчонку вперёд. Та идёт медленно, всё ещё настороженно оглядываясь по сторонам.

Я бегу к машине — нужно спрятать ее подальше от дороги, чтобы не соблазнять никого поживиться нашим добром. За домом ей будет самое место. Кайл уже у входа:

— Чисто.

Обогреватель наполнил комнату теплом, тело расслабилось. Я развалилась в старом кресле, еле удерживаю себя, чтобы не уснуть.

Кайл разложил карту на кухонном столе, сосредоточенно изучает остаток пути. Ведёт пальцем по извилистым линиям дорог, шевелит губами. Сам себе кивает, сворачивает бумагу с тихим шуршанием:

— Мы должны добраться до темноты.

— Я думала, переночую тут, — зевая, тяну я.

— Нет. Осталось немного. Чем скорее окажемся в Монсе, тем безопаснее для нас.

— Мы даже не знаем, есть ли там кто живой. Может, мертвяки сожрали всех, — тру слипающиеся глаза, пытаясь прогнать сонливость.

— Всё может быть, — он пожимает плечом, садится на стул напротив, опирается локтями о колени. Взгляд изучает узоры на потертом паласе.

На него это не похоже. Обычно он — оптимист, я — заядлый реалист. А тут брат раскис. Непривычно видеть его таким.

Подхожу к нему, осторожно кладу руку на плечо. Ткань футболки влажная от пота, под ней — напряженные мышцы.

— Эй, ты чего сдулся? Мы всегда находили выход из любой задницы. И сейчас найдём.

Он поднимает на меня взгляд — такой уязвимый и усталый, что сердце сжимается. Хочется обнять его, прижаться к нему. Но нет. Нужно максимально держать дистанцию, чтобы исцелить себя от этой чёртовой сердечной привязки.

— Просто… — он замолкает, проводит ладонью по лицу. — Просто я устал, Ада. Реально устал. Ради чего это все? Чтобы в конце обнаружить, что Монс — просто еще один рассадник тварей?

— Мы поменялись ролями? Теперь ты зануда? — улыбаюсь уголком губ, — Ради того, чтобы жить. Ради родителей, которые ждут нас. Кстати, нам вообще нужно в Норг, а Монс перевалочная база.

Кайл молча смотрит на меня. Выпрямляется, делает глубокий вдох.

— Я думаю, они тоже мертвы.

— Достаточно! — резко отмахиваюсь. — Даже слышать об этом не хочу!

Хватаю со стола кружку с кофе, пью не чувствуя вкуса. Мысль о том, что родители живы, что они ждут меня, — путеводная звезда в этом мраке. Кайл своими словами лишает меня ниточки, за которую я тянусь, следуя дальше. Для меня сейчас воссоединиться с ними — единственный смысл. Если лишить меня его, то… Не знаю, какую цель придумать взамен, чтобы продолжать бороться за существование в этом мире.