Книга Ада 2, страница 56 – Гала Мрок

Сбоку грохочет выстрел Кайла. Безрукий мутант спотыкается через тело тетки, падает рядом. Пуля пролетает мимо, высекает искру из железной подпорки.

— Сука… — Кайл чертыхается сквозь зубы.

Безрукий пытается подняться на четвереньки, дёргает культей. Но у него нет шансов. Кайл делает шаг в сторону, прицеливается чуть ниже макушки — и снова выстрел. Голова мутанта дёргается, он заваливается набок, застывает навечно.

Остальные твари, привлеченные звуками выстрелов, разворачиваются в нашу сторону.

— Привет, красавчик, — прицеливаюсь в лоб уродливого старика.

Открытый рот сверкает золотистыми коронками, на слипшейся бороде висит кусок присохшей кишки. Красные зрачки, бессмысленно таращатся вперёд. Руки, покрытые струпьями и пятнами гнили, тянутся ко мне.

Выстрел. Голова старика дергается, коронка блестит в последний раз — и он валится набок, с грохотом ударяясь о руль велосипеда.

Худощавый поскальзывается на месиве из мозгов и грязи, как бревно падает вперёд, пытается подняться, но конечности разъезжаются.

— Кайл, стреляй! — я не отрываю взгляда от твари.

— Пусть встанет.

— Кайл, стреляй! Он слишком резвый! — повторяю, чувствуя, как по спине стекает капля пота.

— Пусть встанет.

Тварь на карачках срывается с места так быстро, что я отпрыгиваю назад, не дожидаясь этого дебила Кайла. Её движения резкие, неестественно быстрые — будто пружина распрямилась. Она мчится ко мне, хрипит, из пасти летит чёрная слюна.

Беру на мушку дергающуюся голову — прицел дрожит, но я сжимаю зубы, выравниваю дыхание. Один глубокий вдох. Выстрел.

Пуля попадает точно между глаз. Тварь застывает в прыжке, а затем валится лицом вниз, поднимает облако брызг.

— Какого хера ты делаешь? — разворачиваюсь к Кайлу, грудь ходит ходуном. — Он чуть не добрался до меня!

Кайл пожимает плечами, опускает автомат.

— Хотел проверить, насколько они сообразительные.

— Тупица, — выплевываю разворачиваясь.

Подхожу к душевой кабине. Вонь густая, липкая, сладковато-гнилостная противно оседает на языке, заползает в горло. Сплевываю на землю в надежде избавиться от этого вкуса, но он с последующим вдохом возвращается обратно, въедается в ноздри.

— Вылезайте оттуда, пока я не передумала.

— Мы… мы не опасны… мы безоружны, — девушка осторожно вылезает из бака. Одежда вся набрала воды, оттягивает плечи, прилипает к телу. Ноги тяжело опускаются на перекладину, она едва не теряет равновесие.

— Иди сюда, не бойся, — она протягивает руки вперед, помогает выбраться девочке.

Детские ручки, дрожа, хватаются за них. В груди саднит. Чтобы отвлечь себя и не раскиснуть, поджимаю губы, оглядываюсь по сторонам. Кайл останавливается рядом, держит автомат наготове.

— Куда их? — наклонившись, шепчет он.

— Ну не бросать же их, — сама удивляюсь своим словам. — Они насквозь промокли, в машину их сажать нельзя, да и заболеют.

— Может, в дом? — Кайл кивает в сторону кирпичного строения. Оно выглядит надёжным: толстые стены, крепкие ставни, дверь на массивных петлях. Там мы сможем осмотреть их на укусы и подумать, что с ними делать дальше.

Киваю:

— Осмотришь дом?

— Ага, — Кайл вразвалку направляется к объекту, на ходу проверяя автомат.

Возвращаю взгляд к спустившейся девушке. Теперь становится понятно, что ей не больше восемнадцати. Белая кожа, под голубыми глазами залегли тёмные круги. Густые ресницы слиплись от воды, темные волосы прилипли к шее и плечам. Вода, как из крана, стекает с одежды, образует лужицу у ног.