Книга Тени яблоневой аллеи, страница 90 – Дарья Калинина

— И что же кладезь? Оправдал надежды?

— Да как сказать. Она все больше про свою собственную семью говорила. Про мужа, сыновей, собственную свекровь. А про Костю и его родителей все как-то очень в общих чертах говорила.

— Тебе не показалось такое странным?

— Тогда я подумала, что у родителей Кости с этой теткой были не очень-то хорошие отношения. И они старались держать ее от себя на расстоянии. Потому она про них так мало знает. И я родителей Кости понимала, так как мне его тетка тоже совсем не понравилась. Какая-то невоспитанная и примитивная бабища. Приходилась она двоюродной сестрой отцу Кости. Другой его родни я не видела. Если кто и был, то после знакомства с тетей Викой мне с ними знакомиться совсем не хотелось. Я опасалась, что и они могут оказаться вроде нее.

— Но тетка, когда к вам в гости прикатила, она твоего мужа своим племянником признала?

— Да. В этом сомнений нет!

Но была ли та тетка настоящей теткой? Понять бы еще.

Со всеми этими новыми волнениями Оленька решила обратиться к Никите Максимовичу. Увы, будущий папаша свято оберегал покой родного гнезда и трубку упорно не брал. Оленька на него даже немножко обиделась. Семья семьей, но у них тут такие проблемы, что не грех бы и им уделить чуточку своего драгоценного времени. А то не каждый день они следователя дергают. По пустякам никогда ему не звонят, только если что-то случается действительно серьезное.

Но следователь оставался недоступен. И взволнованным сыщицам, казалось, не оставалось ничего другого, кроме как дожидаться следующего утра, когда Никита Максимович окажется досягаем для общения с ними.

Или…

Одинаковая мысль возникла одновременно в головах у всех.

Но вслух высказала ее первой опять же Катюша:

— Девочки, а чего нам с вами сидеть тут и ждать, пока он там натешится своим семейным счастьем. Поедем к нему и разбудим! Где его дом, мы отлично знаем. Машина у нас на ходу. Сядем и за полчаса доберемся до Никиты Максимовича! И пусть только попробует нас не выслушать!

Несколько секунд ничего не происходило, а потом все заговорили разом. Каждая стремилась сказать, что точно такая же мысль пришла ей в голову первой. И не высказала она ее лишь по причине врожденной стеснительности, которой Катюха так счастливо лишена.

— Вовсе не поэтому, а потому что вы все тут тормоза, – беззлобно парировала Катюша.

За суетой и сборами никто не обратил внимания на странное поведение Калачика. А песик уже давно стоял у окна на задних лапках, опершись передними о подоконник, и лаял на кого-то невидимого, кто прятался в темноте за окном. Но за всеобщей кутерьмой никто не подумал, что может значить такое поведение песика. И даже Оленька, которой полагалось бы лучше других разбираться в собаках вообще и уж конкретно в своей собаке совершенно точно, почему-то не придала значения лаю Калачика.

С чего? Водился за песиком грешок, когда начиналась суета, Калачик принимал в ней самое активное участие. Бегал, лаял, путался у всех под ногами. И погавкать просто так он тоже был мастер. Ну, то есть на человеческий взгляд лаял он просто так. Сам-то Калачик был уверен что чужой кот на заборе или сорока на ветке яблони самый весомый и серьезный повод, чтобы подать громкий голос и указать лазутчику его место.