Онлайн книга «Дела минувшие»
|
Оно и озаботилось… Николай Христианович Бунге только что был утвержден министром после полугодового пребывания в должности управляющего. В Гатчине он встретился с графом Игнатьевым[46] – оба ездили надоклад к государю – и огорошил его новостью. Фальшивые билеты обнаружены в Петербургской губернии, и сразу в больших количествах. О происшествии доложено Его Величеству и разъяснено огромное значение мошенничества. Финансы России расстроены после Русско-турецкой войны. И такая диверсия есть страшное зло, хуже любого другого преступления. Граф Игнатьев зашел к государю и вышел оттуда с новым поручением – найти и раскассировать фальшивомонетчиков. Вынь да положь! Вечером того же дня августейшее приказание через Плеве спустили Благово. Вячеслав Константинович был сдержан. Он сказал: — Павел Афанасьевич, я понимаю вашу загруженность. Но дело относится до уголовных, я не могу поручить его Дурново[47] и еголюдям. А у вас есть Лыков, да и сами вы собаку, извините, съели. Извольте выполнять. Со своей стороны обещаю помочь, чем требуется. Статский советник попросил о двух вещах. Пусть с него и с Алексея временно снимут мелкие дела, отнимающие время. Крупные, вроде дознания аферы в ведомстве императрицы Марии Федоровны, можно оставить. Там конец уже виден, надо лишь оформить бумаги. Дело об убийстве князя Друцкого-Соколинского с подделкой его векселей тоже близко к завершению. Прочее, что время от времени падает на голову сыщикам, лучше отложить. Плеве тут же с этим согласился. Вторая просьба была щепетильнее. Алексей экстерном заканчивал юридический факультет Петербургского университета. Ему оставалось отучиться еще год, и можно будет повесить синий ромбик на вицмундир. Диплом давал гарантию, что Лыков не застрянет в нижней половине Табели о рангах до самой пенсии. Конечно, Иван Дмитриевич Путилин окончил лишь гимназию, да и ту на бумаге, а выслужил генеральский чин. Но те времена в прошлом, чинопроизводство ведется все строже. Без высшего образования карьеру теперь не сделать, будь ты хоть трижды Сенека. А приват-доцент Рощин придирается к Алексею и заворачивает все его рефераты, заставляя переделывать. Хотя сам цивилист и в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных не понимает ни бельмеса. Хорошо бы приструнить задаваку. А титулярный советник Лыков тем временем геройски, как всегда, исполнит царево приказание… На этих словах директор Департамента поморщился. Университетская братия много о себе мнит, там автономия, им никто не указ. Однако попробовать можно, ежели зайти сверху. — Вы уж попробуйте, пожалуйста, Вячеслав Константинович, – поднажал Благово. – Этот Рощин каждое утро у себя в гостиной кофей пьет и манжеты меняет. А Лыков третьего дня заграбастал самого Лежаву, убийцу начальника почтово-телеграфной конторы в Малой Вишере и всей его семьи… Тоже, кстати напомнить, выполняя августейшее поручение. Для этого Алексею пришлось двое суток просидеть в курятнике напротив укрытия негодяя, питаясь сухарями и заедая их снегом. Он человек военный, видел и не такое, но… Лежава ему щеку распорол. И едва не зарезал, сволочь. Убить Лыкова, слава богу, весьма трудно, однако… А тут какой-то приват-доцент. Вы же понимаете, что всякое образование, полученное экстерном, это фикция. Но есть люди, которые заслужили особое к себе отношение. Алексей – из таких. |