Онлайн книга «Дела минувшие»
|
Вечером сыщиков вызвал Каргер и стал задавать вопросы: — Я тут многое не понял, разъясните, пожалуйста. Отчего, если в банде был свой штатный душитель Стахович, для убийства Сомова пришлось нанимать Кольку Бешеного? — С поляком денщик не пошел бы в притон, – пояснил Павел Афанасьевич. — И уж тем более ночью во Вшивый куст, – добавил Алексей. — Пусть так. Но Шенрок! Сын богатого родителя – и не собрал пять тысяч? Да любой ростовщик дал бы ему эти деньги под вексель. С лихвенными процентами, конечно. Благово кивнул Лыкову. Тот ответил обстоятельно: — Лично для меня это еще одно доказательство того, что подпоручик Шенрок умер не по своей воле. Он мог бы занять денег, но, видимо, не захотел. А объявил себя жертвой шулерских приемов и отказался платить. И тогда его убили – в назидание другим. Офицеры догадывались и молчали. Притон действовал без помех, весь гарнизон туда шлялся. А полиции ни гугу. Вот как тут бороться с преступностью, Николай Густавович? Шел июль 1881 года. Весь Нижний стоял на ушах: ожидали приезда молодого государя. После смерти отца Александр Александрович спрятался в Гатчине и не показывался на публике. Он даже перестал бывать в Петербурге, министры ездили с докладами в Гатчинский дворец. Охрана царя срочно перестраивалась на новые рельсы. Доверенные лица Александра Третьего вели тайные переговоры с могущественной «Народной волей», дабы уберечь венценосца от неминуемой смерти. Но для Нижнего Новгорода было сделано редкостное исключение. Государь обещал приехать на освящение Новоярмарочного Александро-Невского собора, того самого, где зимой титулярный советник Лыков с друзьями спасли прежнего императора. Алексей с утра ввалился в сыскное в приподнятом расположении духа. Вчера он посетил Коммерческий клуб, хотел посмотреть выступление знаменитого германского силача Фоссберга. Тот тешил публику выдающимися приемами, в частности отрывал от пола значительные тяжести. Лыков, сам богатырь, решил проверить немца. Внезапно с ним увязалась сестра Лизавета. Сказала, что тоже хочет позабавиться, да не одна, а с приятельницей. Лыков нанял извозчика, сказал: — Давай на Грузинскую в Коммерческий клуб. Но сначала заедешь на… Лиза, где забрать твою подругу? — Малая Покровка, Нефедьевы, собственный дом. Отважный сыщик аж поперхнулся: — Варвара Александровна Нефедьева?![45] — Да, Варенька просила меня взять ее с собою, – как ни в чем не бывало ответила сестра. – Говорит, ей скучно одной. — И давно вы с ней приятельницы? — Недели две как познакомились. Она очень милая… и очень несчастная, сам знаешь почему. Давай попробуем хоть как-то развлечь Вареньку. Алексей во все глаза смотрел на Лизавету: понимает ли она, что предлагает? И случайность ли это или же очередной заговор с целью его женить? Но сестра отвечала невозмутимо, без смущения и ждала, когда извозчик тронется. Они приехали к хорошо знакомому Лыкову дому, окруженному каролиновыми тополями. Вышла Варенька, одетая просто, но со вкусом. Она поздоровалась с сыщиком и при этом смотрела на него своими серыми чудесными глазами особенно ласково. Алексей поплыл… В итоге, когда в собрании силач Фоссберг пальцами оторвал от пола мельничный жернов весом восемнадцать пудов, он не выдержал. Снял сюртук, остался в одной жилетке и вышел состязаться с германским геркулесом. Тот снисходительно посмотрел на нижегородца с высоты своего огромного роста и кивнул: ну, попробуй. Немец весил вдвое больше выскочки и заранее решил посмеяться. Но ведь в зале сидела Варенька! В результате Лыков точно так же, пальцами, легко оторвал жернов от пола. Потом поставил обратно, передохнул, ухватился и рывком поднял его над головой на вытянутых руках! Зал взревел от восторга. Алексей аккуратно поставил тяжесть на место и жестом предложил сопернику повторить номер. Но тот пробормотал германскую абракадабру. Конферансье перевел отговорку. У господина Фоссберга болит плечевой сустав, и он сейчас не сможет поднять жернов выше колена… Но сделает это в следующий раз! |