Книга Нулевой пассажир, страница 46 – Олег Лесников

«Не густо, — подумал я. — Пожалуй, на таком рационе мы здесь долго не протянем. Действительно, пора выбираться отсюда. И немедленно».

— Приготовься, — повернулся я к Марусе и, подойдя к двери, несколько раз двинул по ней кулаком. Дверь дрогнула и недовольно отозвалась гулким эхом. Тотчас загремел засов и дверь снова распахнулась. Но на этот раз на пороге вместо мальчишки стоял высоченный араб. Автомат Калашникова в его узловатых смуглых руках был направлен мне прямо в грудь.

— Что надо? — по-арабски спросил он меня.

Я рассеянно улыбнулся, всем своим видом демонстрируя мирные намерения, и, медленно подняв согнутые в локтях руки на уровень плеч, сделал шаг вперед. Дальше все произошло молниеносно. Три практически одновременных, отточенных до автоматизма движения: левая рука — ствол автомата ушел влево, правая нога — удар по защелке магазина, левая — направленный на противника удар по затворной раме. Правой рукой я тотчас подхватил не успевший упасть на пол отстегнувшийся магазин и со всей силы нанес им арабу мощный удар слева направо в переносицу. Громила покачнулся и, закатив глаза, рухнул на бетонный пол.

— Ловко. А говорил, не в форме, сидячая работа и все такое. Хотя, по правде сказать, мы этот приемчик еще на первом курсе академии проходили. Но все равно молодец. Ты что патронами разбрасываешься? — улыбнувшись, прошептала Маруся, наклонивлась, подняла с пола и протянула мне на ладошке вылетевший из патронника автомата патрон.

Я быстро вставил его на место и, пристегнув магазин к автомату, дослал патрон в патронник. Поставил в верхнее положение лепесток предохранителя и молча протянул оружие девушке.

Сам же нагнулся и быстро обыскал араба. На поясе у него обнаружился короткий изогнутый кинжал в дешевых ножнах — джамба. Забрав клинок, я перешагнул через распростертое на бетонном полу тело и осторожно вышел в коридор. Молниеносным броском преодолев расстояние до поворота, выглянул из-за угла. В метре от меня сидели на корточках и курили два араба, беспечно положив автоматы на колени. Одного из них я узнал сразу. Это он обыскивал Марусю. От холодной ярости стало тесно в груди. «Вот и сочтемся», — подумал я, успокаивая дыхание. Поднял согнутую в локте и сжатую в кулак левую руку, потом полуобернулся к девушке и поднес указательный палец к губам. Что на языке спецназа значило — «замри» и «тихо». Боком выскользнул из-за поворота и прыгнул вперед, крутнулся волчком, нанеся с разворота два смертельных удара кинжалом. Сначала одному и сразу — второму. Схватившись за горло и пытаясь остановить бившую фонтаном кровь, бедуины, издавая тихие булькающие звуки, ничком упали и, пару раз конвульсивно дернув ногами, затихли на бетонном полу. Я подхватил автомат одного из них и, сняв его с предохранителя, медленно, стараясь сделать это беззвучно, передернул затвор. Жестом показал Марусе, чтобы она оставалась на месте, а сам, прижимаясь спиной к теплому бетону стены, стал, осторожно ступая, подниматься. Миновав двадцать пятую ступень, махнул опущенной рукой, подавая сигнал «вперед». Дождавшись Марусю, осторожно выглянул наверх. Посреди ангара по-прежнему стояло плетеное кресло из ротанга. Теперь уже пустое. Я внимательно огляделся. Справа — закрытая и с первого взгляда незаметная деревянная дверь. Железные въездные ворота в ангар были распахнуты настежь. Вокруг стояла звенящая тишина. Бесшумно переместившись к закрытой двери, я знаком показал на нее напарнице и занял позицию справа от дверного проема, готовый вихрем ворваться внутрь, и начал отсчет, поочередно разгибая пальцы: один, два, три… Маруся осторожно взялась за ручку. И тут боковым зрением я увидел у открытых ворот какое-то движение. В ангар внезапно вошел бедуин, по-видимому, часовой. Медлить было нельзя и, пока глаза вошедшего не привыкли к полумраку внутри помещения, выдернул из заднего кармана джинсов джамбу и метнул. Кинжал послушно просвистел в воздухе и по самую рукоять вошел в грудь часовому. Видимо, я не рассчитал силу броска, поскольку его отбросило назад, и уже мертвое тело с оглушительным грохотом врезалось спиной в железные ворота. И в тот же момент через деревянную дверь начали стрелять. Маруся едва успела отскочить в сторону, как автоматная очередь насквозь пробила тонкое дверное полотно и прошла всего в нескольких сантиметрах от нее. Девушка сорвала с плеча автомат и выпустила в ответ несколько коротких очередей. Я подскочил к лежащему на песке часовому и быстро обыскал его. Сорвав с пояса две американские осколочные гранаты «М26», я метнулся обратно к двери. Там больше не стреляли. Жестом показал Марусе, чтобы она держала под прицелом ворота. Убедившись, что дверь открывается внутрь, я сорвал чеку гранаты, ударом ноги выбил хлипкий замок и бросил гранату внутрь. Отскочил в сторону под прикрытие стены, присел на корточки, опустил голову, зажал руками уши и приоткрыл рот.