Книга Женщины — серийные убийцы: как и почему они становятся монстрами, страница 248 – Питер Вронский

Один из узников, врач по профессии, свидетельствовал, что Ирма была зациклена на женщинах с большой грудью и регулярно избивала их, целясь в грудь, чтобы занести инфекцию. А потом старалась обязательно присутствовать при осмотре врачом и болезненных лечебных процедурах, «раскачиваясь взад-вперед с остекленевшим взглядом», пока узница кричала от боли.

Ирма носила с собой легкий целлофановый кнут, специально изготовленный под заказ в лагерной мастерской, нанося им особенно болезненные режущие удары. Она заставляла заключенных часами стоять во время переклички, а тех, кто терял сознание, безжалостно избивала и пинала ногами. По ее приказу узники могли часами стоять на коленях, а тех, кто падал, она убивала. Она любила пострелять в заключенных из пистолета, рассекая по лагерю на велосипеде.

Отметим, что не все свидетельские показания одинаково достоверны. Так, один из очевидцев утверждал, что Ирма ходила в сопровождении немецкой овчарки, которую научили кусать узниц за грудь и которую она натравливала на женщин, отставших от колонны. Но это мало похоже на правду, потому что за собак отвечали специально обученные кинологи и за каждым из них был закреплен свой питомец. Сторожевую собаку нельзя было просто так «одолжить».

По слухам, Менгеле порвал с Ирмой, когда узнал, что у нее были лесбийские отношения с узницами – это строго запрещалось не только лагерным уставом, но и германскими законами. Уличение подсудимой Грезе в развратных действиях, опять-таки, напоминает обвинения, выдвинутые против Ильзы Кох. Свидетелями на суде выступали в основном женщины, и обвинение Ирмы в лесбийских связях, если придерживаться логики историка Пширембель, можно объяснить женскими табу того времени.

Лагерь Аушвиц был закрыт в декабре 1944 года – приближалась Красная армия. Когда заключенных переводили в Равенсбрюк, а затем во временный транзитный лагерь Бельзен, Ирма Грезе обеспечивала их сопровождение. К тому времени Третий рейх доживал последние дни, и администрация переполненного лагеря, по сути, игнорировала потребности многочисленных узников, больных и умирающих от голода. Когда британские войска освободили Бельзен, они застали Грезе и остальных охранников и надзирательниц посреди нагромождений истощенных трупов. Большинство узников умерли от смертельной эпидемии тифа, их трупы сваливались в братские могилы бульдозерами. Ирма была сразу же арестована и предстала перед судом в сентябре 1945 года вместе с сорока четырьмя другими обвиняемыми. Это был один из первых процессов над военными преступниками после Второй мировой войны.

Во время суда пресса была очарована двадцатиоднолетней подсудимой – Ирма выглядела как королева красоты. Она решила остаться в Бельзене, потому что влюбилась в эсэсовца, который вскоре оказался рядом с ней на скамье подсудимых. Каждый день она приносила в зал суда расческу и, когда в заседании объявлялся перерыв, аккуратно причесывала белокурые локоны.

Грезе не признавала вину по отдельным пунктам обвинения, особенно в самых серьезных преступлениях, но спокойно призналась в избиениях и издевательствах над людьми, оправдываясь тем, что это был единственный способ «поддерживать порядок». Она отрицала использование кнута в Аушвице, утверждая, что била узников «только» руками, но призналась, что пользовалась им в Бельзене, потому что брезговала прикасаться к заключенным, доведенным до омерзительного состояния.