Книга Гейне. Двойная игра, страница 28 – Анатолий Леонов

— Завтра в полдень у фонтана в Городке пионеров в Парке культуры познакомлю тебя с будущей женой. Смотри, не опаздывай!

Демьянов поморщился, словно от оскомины:

— И это то самое срочное дело?

— У меня репетиция, — пожала плечами девушка. — Кстати! Приводи вечером матушку на премьеру. Контрамарку оставлю на входе.

Вместо ответа Демьянов бросил на Лепешинскую растерянный взгляд и неуверенно спросил:

— Можно хотя бы узнать, что за жена?

— Завтра все и узнаешь, — усмехнулась девушка. — Моя старая подруга!

— Сильно старая?

— Да нет, не очень. Тебе в самый раз будет!

Демьянов тяжело вздохнул и слегка хлопнул коня по крупу:

— Сядешь?

Лепешинская сделала испуганные глаза:

— Смеешься? Провокатор!

— Тогда пошли, провожу к мужу! Где он, кстати? Давно не видел!

Лепешинская презрительно фыркнула и беспечно махнула рукой:

— Муж объелся груш! Илюша — многостаночник, сейчас, вероятно, у новой пассии. Вдохновения ищет!

Продолжая разговаривать, они вышли за ограду и направились в сторону центральных трибун.

Конюх проводил их флегматичным взглядом и, взяв грустно прядущего головой Гранита под уздцы, повел его в конюшню. Утренняя прогулка закончилась.

Разбудили его близкие взрывы начавшейся бомбежки. Машина петляла по дороге, загроможденной брошенной и разбитой техникой. За окном виднелись двух-трехэтажные кирпичные здания какого-то города.

— Где мы? — спросил он у встревоженного Макса Шнайдера.

— Гжатск. Ваши бомбят!

В этот момент бомба упала где-то совсем недалеко. От мощного взрыва легкий «Кюбельваген» буквально подбросило вверх. Не дожидаясь повторного взрыва, немцы, как зайцы, выскочили из кабины и бросились врассыпную. Александр выбрался из машины последним. Откуда-то из-за ближайших домов начали бить зенитки. В дыму и огне метались люди. К его ногам с жестяным звоном упал разорванный и помятый ringkragen, нагрудный знак фельджандармерии с надписью kommandantur и большой цифрой 7. Демьянов хотел подобрать его, но заметил на снегу знакомый пакет. Испуганный штабс-фельдфебель так спешил спрятаться от русской бомбежки, что по дороге просто обронил секретное донесение.

Демьянов огляделся, на бегу подобрал пакет с земли и, низко пригибаясь, поспешил укрыться в ближайшем придорожном овраге. Бомбежка закончилась так же внезапно, как и началась. Последняя авиабомба упала недалеко от их автомобиля, в клочья разорвав стоявший рядом трехтонный «Хеншель», отдельные части которого разлетелись метров на пятьдесят по округе. Досталось и «Кюбельвагену». Взрывная волна сорвала с него брезентовый тент и сильно посекла осколками.

Самолеты улетели. Замолкли зенитки. На пустынные улицы Гжатска опустилась звенящая тишина. Словно за спиной человека с головой, обмотанной ватой, кто-то наигрывал незамысловатую мелодию на детском ксилофоне. Вслед за отбоем воздушной тревоги стали выползать из своих укрытий разбежавшиеся немцы. Появился и расстроенный донельзя штабс-фельдфебель. Он уже успел осознать весь ужас случившегося и теперь буквально ползал на брюхе по грязному снегу в поисках оброненной депеши.

Огорченным казался и водитель «Кюбеля». С тоской смотрел он на своего посеченного осколками железного коня, из пробитых емкостей которого вытекали на землю масло, вода и остатки бензина.