Книга Гейне. Двойная игра, страница 113 – Анатолий Леонов

Думал ли он, попав на восточный фронт, перейти на сторону противника? Скорее нет, хотя и не считал Советский Союз врагом немецкого народа. Но летом сорок второго все изменилось. В преддверии «решающего» наступления немецких войск на Сталинград и Кавказ появилось стойкое ощущение, что если план сработает, то СССР может не выдержать и тогда вряд ли найдется сила, способная остановить гитлеровскую военщину в их стремлении покорить весь мир.

Вскоре появился повод. В день, когда в 6-ю эскадрилью 13-го авиаполка поступила заявка майора Рейхеля, у Деханта был выходной, однако обер-лейтенант сам вызвался лететь. Это не вызвало подозрений. Опытный и бывалый летчик подменил зеленого новичка на важном задании.

Для Деханта это был шанс, тем более что в связи с плохими погодными условиями полетное задание пришлось менять на ходу, и в результате оно получилось весьма запутанным.

Взлетев с аэродрома Харьков-Северный и взяв направление на Панково, вскоре он изменил маршрут, мотивируя низкой видимостью и приближающимся грозовым штормом. После чего он менял направление еще несколько раз и так утомил этим Рейхеля, что тот задремал, откинувшись на пассажирском кресле. Этим не преминул воспользоваться летчик и сразу взял курс за линию фронта, о чем впоследствии и докладывал передовой артиллерийский наблюдатель 336-й пехотной дивизии.

Снижаясь у передовых позиций русских, Дехант помахал крыльями, чтобы продемонстрировать свои мирные намерения, но этот маневр разбудил штабиста. Рейхель открыл глаза, поглядел вниз и похолодел.

— Где мы?

— Летим к русским, — не оборачиваясь, ответил Дехант, увидев впереди подходящую площадку для приземления.

— Вы с ума сошли! — заорал Рейхель, хватая летчика за руки и плечи, — разворачивайте обратно!

— Будете мешать мне управлять самолетом, мы оба разобьемся, — не теряя самообладания, осадил его Дехант и стал снижаться.

Майор Рейхель прижал к груди свой планшет. Мысли лихорадочно кружились вокруг одного вопроса: что же теперь делать? Он вдруг сообразил, что в нарушение инструкций не только взял с собой секретные документы, но и не взял обязательные пузырек с бензином и зажигалку! Оставалось только одно, последнее средство. Рейхель вытащил из кобуры свой 9-миллиметровый «Вальтер-Р38» и направил в голову летчика.

— Предатель! Поворачивай самолет обратно, или я выстрелю!

Дехант повернулся к нему лицом и сухо спросил:

— Вы самоубийца?

Майор Рейхель самоубийцей не был. Напротив, он очень хотел жить, и осознание этого не позволяло спустить курок. Но в этот момент автоматная очередь прошила его снизу в нескольких местах. Адская боль разорвала его сознание на миллионы и миллиарды атомов, занавесив глаза кроваво-черной пеленой, и, уже теряя сознание, не он сам, но его рука нажала на курок. Раздался выстрел. Самолет резко ушел влево и, уйдя в пике, рухнул в ближайшем овраге. Когда к обломкам дымящейся машины подбежали наши бойцы, оба офицера были уже мертвы.

Макс (Гейне): «Лицо, связанное с видными военными, сообщило об усилившемся в последние дни направлении войсковых частей артиллерии и танков на Бологое. Это же лицо рассказало, что сейчас НКВД усиленно следит за поведением крупных военных.

Ночью из Москвы по Ленинградскому и Можайскому шоссе интенсивное движение грузовых автомашин с войсками и противотанковой артиллерией. В Москве много новых частей, возраст красноармейцев — 25–35 лет. Все хорошо вооружены, подтянуты и обмундированы. По ночам усиленное патрулирование комендантских дозоров. На площади и в скверах города установлено много тяжелых зенитных орудий. Прошу ваших указаний».