Книга Как мы нагибали галактику, страница 67 – Бандильерос

— Я… не сомневаюсь, — сказал эклезиарх, прочувствовав, что сейчас спорить со мной и самое главное — серыми рыцарями — мягко говоря не в его интересах. А ещё сороритас — мои личные теперь ББ — которые одеты не хуже астартес, вооружены неведомым оружием тёмной эры, и готовы уничтожать всех, вплоть до кустодиев, если они нападут. Их стройный ряд и суровые взгляды на эклезиарха были красноречивы.

— Хорошо, значит, с официальным статусом вы не будете затягивать? Мне надоели такие, как этот инквизитор, которые императору молятся, а святых ни во что не ставят, пока бумажку кто-то не выпишет, — фыркнул я, нимб над головой уже рассеялся.

— Конечно, святой, мы всё организуем.

Инквизитор, которого я жахнул священным светом императора — гулко вздохнул и внезапно, его психика всё же дала трещину:

— Святой, простите меня! Я не поверил сразу!

— Ой, ладно, — отошёл я от него подальше.

Потому что фанатизм в его глазах только разгорался. Это что, ему так сила императора мозги свернула набекрень? Он прикусил губу:

— Я виноват перед вами!

— Всё в порядке, говорю же.

— Но я позволил себе еретические мысли!

— Вы обязаны подозревать всех, Клементина, отцепи его уже от моей ноги!

Инквизитору правда башню снесло, качественно. Он просил прощения, и фанатично смотрел. Похоже, только сейчас веками закладываемая вера в Императора в его голове обрела смысл и явное, ясное представление в виде конкретной силы.

Вышло даже легче, чем я ожидал — хорошо, что со мной серые рыцари — без них пришлось бы бодаться с инквизицией, которая своими полномочиями машет как флагом на демонстрации, и не привыкла, что кто-то вообще может их ослушаться.

Терра… впечатляла. Убогостью. Грандиозные по количеству постройки, шпили высотой выше облаков, и всё это сделано… в грузной старомодной архитектуре. Экология убита под корень, солнца не видно, мириады людей копошатся внизу — даже мои ауспексы засекли и насчитали полтора миллиона человек вокруг. Это грандиозная деревня, а не величественный столичный мир — я невольно вспомнил, каким он был. Красивые элегантные постройки, очаровательные зелёные поля и луга, зона биосферы и зона застройки — примерно пятьдесят на пятьдесят, красивые до неприличия города, люди не то чтобы счастливые — но чувствовалось величие и технологическая мощь. Сейчас же… это гипертрофированная древность — колонны, ротонды, шпили соборов, бесчисленное множество грузной архитектуры — и всё это — гигантский мир-улей. В несколько слоёв заселённый по всей его поверхности — на котором уже нет разницы между отдельными городами и поселениями — лишь уровни. И уверен, в глубине его — всё так же бандиты, убийцы, еретики и каннибалы — даже на Терре.

Что с моим миром сделало время… время его не пощадило. Я на мгновение застыл, разглядывая эти виды, и отвернулся. Канонисса, стоявшая у меня за спиной, конечно не поняла моих чувств — куда ей. Для неё это Святая Терра — планета Императора — его личная вотчина и центр, ядро империума. Сороритас, которых привёл эклезиарх — с большим любопытством смотрели на своих боевых сестёр, подчинённых мне — на их необычную броню и внешность, на их странное оружие. Но в разговоры они не вступали.

— Нравится вам на Терре? — спросил эклезиарх, появившись рядом.

— Я не хочу здесь задерживаться, — покачал я головой, снимая шлем. Он отъехал назад и телескопически скрылся в виде воротника на шее, — это грустное зрелище. Я помню совсем другую терру — совсем другую родину.