Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 64 – Джон Сан

Голова Маркуса мгновенно дернулась. С тихим шипением шейных сервоприводов терминатор повернулся к источнику звука. Его янтарные глаза сфокусировались на маленьком латунном ящичке в руках девушки.

Элоди подняла взгляд. Она не отвела глаз от страшного, наполовину лишенного кожи лица киборга. Наоборот, она подалась немного вперед, словно приглашая его прислушаться.

— Ты помнишь этот звук, Маркус? — тихо, почти шепотом спросила она. В ее голосе не было страха. Там звучала отчаянная, болезненная надежда.

Маркус сделал два плавных, бесшумных шага вниз по склону кратера и остановился в трех метрах от нее. Его массивная фигура нависла над девушкой, но она не дрогнула.

— Утвердительно, — механический, скрежещущий голос киборга разрушил хрупкое очарование мелодии. — Акустический паттерн занесен в базу данных двадцать семь часов назад. Идентификатор: «Музыка». Подкатегория: «Лунный свет». Автор: Клод Дебюсси. Год создания оригинала: 1890.

Элоди грустно улыбнулась.

— Это только цифры, Маркус. Факты из мертвой Википедии, которую Скайнет скачал перед тем, как сжечь серверы. Я спрашиваю о другом. Что ты слышишь, когда она играет? Что происходит внутри твоего процессора?

Эш, лежащий в тени, напрягся. Его пальцы рефлекторно скользнули к рукояти термо-ножа на поясе. Эта игра в психологию с машиной для убийств раздражала его воспаленный лихорадкой мозг.

Маркус наклонил голову на пару градусов — жест, имитирующий заинтересованность, скопированный из базы данных человеческого поведения.

— Мои аудиосенсоры фиксируют колебания воздушной среды, — начал терминатор с абсолютной, клинической бесстрастностью. — Частотный диапазон варьируется от двухсот шестидесяти до тысячи сорока шести герц. Амплитуда неравномерна из-за механических повреждений звукоизвлекающего барабана. Наблюдается нарушение тактового интервала (аритмия) в двенадцати процентах нот. Звук несовершенен.

— Он несовершенен, потому что он старый. Потому что он пережил конец света, — Элоди положила шкатулку на землю перед собой. Мелодия продолжала переливаться в красном свете. — Но разве он не красивый? Разве эта аритмия не делает его живым?

Внутри хромированного черепа машины загудели кулеры. Процессор пытался наложить человеческое абстрактное понятие «красота» на математическую сетку.

— Базовая директива Скайнета не содержит параметров для оценки эстетики, — ответил Маркус. — Мой вирусный протокол «Омега» расширил мои логические алгоритмы для лучшего понимания органических единиц. Анализ показывает, что понятие «красота» коррелирует с геометрической симметрией, целесообразностью и отсутствием дефектов. Данное устройство имеет фатальные дефекты механизма. Вывод: оно нецелесообразно. Оно производит звуковой мусор.

— Это не мусор! — горячо возразила Элоди, и в ее глазах блеснули слезы. — Это искусство. Это то, что отличает нас от вас. Когда я слушаю это, я закрываю глаза и вижу мир, в котором никогда не жила. Мир, где небо синее, а не серое. Где люди гуляют по улицам Парижа, а не прячутся под землей от плазмы. Эта музыка вызывает у меня грусть, но эта грусть… она согревает. Понимаешь? Она дает мне причину идти дальше.

Она встала на колени и посмотрела прямо в светящиеся желтые глаза монстра.

— В твоей новой прошивке, в ядре, которое мы тебе дали, есть команда защищать нас. Но чтобы по-настоящему защищать людей, ты должен понимать, что именно ты защищаешь. Не просто куски мяса с температурой 36.6 градусов. Ты должен понять, почему мы цепляемся за эти сломанные игрушки. Попробуй, Маркус. Отключи свой анализ частот. Просто… послушай.