Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 244 – Джон Сан

— Динамит? — Эш удивленно поднял бровь, указывая здоровой рукой на ящики. — В 2029 году?

— Это не просто динамит. Это эмульсионная горнорудная взрывчатка. И аммонал, смешанный с алюминиевой пудрой, — Дитрих любовно похлопал по крышке ящика. — Швейцария — страна туннелей и шахт. Когда ударили ракеты, машины Скайнета не стали зачищать старые гражданские склады взрывчатки глубоко в горах. Для них это примитивная химия, не представляющая технологической угрозы. Я таскал это сюда на себе пять лет. Мешок за мешком.

Старик подошел к соседнему стеллажу и сдернул промасленную брезентовую ткань.

Под ней лежали три массивных, круглых стальных цилиндра, от которых отходили пучки толстых медных проводов. Они выглядели как кустарные мины колоссального размера.

— Кумулятивные термические заряды, — пояснил Дитрих, в его голосе звучала профессиональная гордость инженера. — Собраны из корпусов старых газовых баллонов. Внутри — термит. Смесь оксида железа и магния. Плазма Скайнета пробивает броню температурой. Мои игрушки делают то же самое, но за счет экзотермической химической реакции. Температура горения — около трех тысяч градусов. Направленная струя прожжет гиперсплав Центуриона, как горячий нож масло.

Эш смотрел на этот арсенал, и его тактический мозг уже начал выстраивать геометрию разрушения. У них не было огневой мощи Берга, чтобы сражаться в лобовую. Но с этими зарядами они могли превратить гору в идеальную ловушку.

— Этого хватит, чтобы подорвать опоры магнитных ускорителей внутри Хроносферы, — пробормотал Эш, в уме прикидывая радиус поражения термита. — Если мы сможем затащить их внутрь.

— До «внутри» еще нужно дойти, — Дитрих отошел в самую темную часть комнаты и открыл высокий, узкий металлический шкаф. — Скайнет контролирует весь внешний периметр. Белые патрули Т-600. Тяжелые Центурионы на серпантинах. И этот ваш… Инквизитор. Если он жив, он пойдет по вашему следу, как только высунете нос из-под снега. А у вас нет оружия.

Старик обернулся. В его руках было нечто длинное, завернутое в чистую промасленную ветошь.

Он бережно положил сверток на верстак и развернул ткань.

Эш почувствовал, как у него перехватило дыхание.

Это не была кустарная штурмовая винтовка, собранная из металлолома. И это не была плазменная пушка Скайнета.

Перед ним лежало совершенство классической, механической человеческой инженерии конца двадцатого века.

Тяжелая снайперская антиматериальная винтовка. PGM Hécate II. Оружие французского производства, созданное для уничтожения легкой бронетехники и неразорвавшихся боеприпасов на дальних дистанциях.

Винтовка была огромной. Почти полтора метра в длину. Ее массивный, толстый, как лом, ствол оканчивался гигантским, однокамерным дульным тормозом, похожим на жабры акулы. Ложа была выполнена из темного, потертого полимера и авиационного алюминия. На цевье крепились тяжелые, складные сошки. Сверху на планке Пикатинни был установлен громоздкий, но идеально чистый оптический прицел.

— «Геката», — прошептал Эш, проводя кончиками пальцев правой руки по ледяному, матовому металлу ствола. — Калибр 12.7 миллиметров. Пятьдесят десятых дюйма по стандарту НАТО.

— Пятьдесят BMG, — кивнул Дитрих, доставая из шкафа тяжелый, латунный патрон размером с крупную сигару. Свинец на кончике пули был окрашен в черный цвет. — Бронебойно-зажигательные. С вольфрамовым сердечником. Я нашел ее в брошенном конвое французского Иностранного легиона на перевале. Оружие в идеальном состоянии. Скайнет игнорировал огнестрел, если он не представлял массовой угрозы.