Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 11 – Джон Сан

— Хэйс! — хрипло крикнул Эш, но его голос мгновенно потонул в очередном гулком взрыве, сотрясшем своды где-то в жилом секторе бункера.

Внезапно из густого, сизого дыма, заволакивающего внутренние помещения, где искрили оборванные силовые кабели, вынырнула фигура. Чья-то рука, покрытая густым слоем черной копоти и свежей крови, вытянулась из мрака и мертвой, стальной хваткой вцепилась Эшу в ремни тактического жилета. Сила рывка была такой неожиданной, что Эш потерял равновесие и ввалился в узкий дверной проем небольшого, укрепленного железобетоном технического кармана, примыкающего к диспетчерской.

— Сюда, мать твою! Вниз! — прохрипел знакомый голос, перемежающийся с булькающим кашлем.

Эш тяжело привалился к холодной, влажной стене кармана, поднимая ствол, и замер.

Перед ним, тяжело оседая на пол, сидел генерал Хэйс.

Если бы Эш не служил под началом этого человека последние восемь лет, он бы его просто не узнал. Война и плазма Скайнета стерли личность, оставив лишь истерзанный кусок мяса.

Левая половина лица старого вояки была сожжена до неузнаваемости близким разрывом плазменного заряда. Кожа там сморщилась, почернела и потрескалась, обнажив розовую мышечную ткань и белую кость скулы. Брови и седые волосы на виске выгорели дотла. Его правый, уцелевший глаз безумно слезился, не мигая, расширенный от боли и адреналина.

Генеральский китель, когда-то аккуратный, теперь превратился в насквозь пропитанные кровью лохмотья. Из глубокой, рваной раны в правом боку — там, где пуля Т-600 вырвала кусок плоти размером с кулак — толчками вытекала темная кровь, пропитывая наспех намотанный грязный бинт. Хэйс тяжело опирался левой, дрожащей рукой на массивную станину резервного станкового плазмомета, установленного у узкой амбразуры, смотрящей прямо в главный раскуроченный коридор.

Генерал дышал со свистом. Это был страшный, влажный звук рвущихся мехов. При каждом выдохе изо рта Хэйса вылетали мелкие пузырящиеся капли розовой крови. Легкое было пробито, и он медленно, мучительно тонул в собственной крови. Процесс был необратим. Химия его разрушенного тела уже начала отключать периферийную нервную систему, фокусируя последние резервы организма на одной, единственной, фанатичной искре воли. Он отказывался умирать, пока не выполнит задачу.

— Вы… вы дошли, — Хэйс снова закашлялся, сплевывая густой сгусток крови на бетонный пол. Его единственный глаз впился в Эша с лихорадочным, неестественным блеском. — Где остальные? Где 1-я рота? Фланги?

— Их нет, генерал, — Эш тяжело сглотнул. Горло саднило. Он опустился на одно колено перед умирающим командиром. — Внешний периметр уничтожен. Танки сожгли всё. Мы — всё, что осталось. Вангард здесь.

Берг, тяжело дыша и гремя броней, протиснулся в тесный укрепленный карман следом, таща за собой Оксану и Элоди. Увидев состояние генерала, Элоди прижала перепачканные ладони ко рту, подавляя истеричный всхлип. Берг застыл, как изваяние, сжав челюсти так, что на скулах заиграли желваки.

Стены вокруг них снова содрогнулись, посыпалась новая порция пыли. Из-за выбитой гермодвери в главном коридоре, ведущем к жилым блокам, раздался многоголосый, полный невыразимого ужаса человеческий крик. Женщины, раненые, подростки. Крик длился ровно две секунды, а затем захлебнулся в оглушительном, непрерывном реве шестиствольного пулемета. Т-600 вошли в жилой сектор. Началась методичная, холодная, математически выверенная зачистка. Резня тех, кто не мог сопротивляться.