Онлайн книга «Восхождение Морна. Том 11»
|
Надежда встала, руки в боки, и сдунула прядь волос у себя со лба. Прядь тут же вернулась обратно, потому что от пара волосы у неё липли ко лбу и слушаться не хотели. Данила никогда не видел её настолько решительно настроенной. — Мы снова будем поднимать эту тему? Ещё и при посторонних? Или мне снова рассказать тебе, что я никуда не уеду отсюда, пока не получу информацию о своём сыне? Данила попятился и уперся спиной в стену. На полке у него над головой стукнулись друг о друга банки, и он придержал их локтем, чтобы они не загремели снова. Бежать… надо было бежать… Но Марек стоял у входа, а единственное окно было закрыто. Да и не пролез бы он туда, как ни старайся. Хотя… — Каждый раз ты начинаешь один и тот же разговор! — Марек даже не думал сдаваться. — С тобой просто невозможно разговаривать! — А ты меня просто не слышишь! Привык в своей столице всеми командовать и считаешь, что все вокруг должны тебя слушаться! Так нет, дорогой, в нашем доме такого не будет! — Ещё как будет! — Марек покраснел от злости и надвинулся на Надю, а на столе у неё под рукой стояла кружка с водой и лежала вчерашняя горбушка, надкусанная с одного края. Он посмотрел на эту горбушку, потом на Надю, и голос у него стал ещё злее. — Чаю будешь??? Я там пряники купил и хлеб с маслом! Ты ведь наверняка не завтракала! — Смотри-ка какой заботливый, — всплеснула руками Надя. — И конечно буду! Тебе мясо поджарить? — Давай! — Ну и отлично! — Ну и пойдём! И продолжая переругиваться, эта парочка направилась на первый этаж. Марек по дороге снял с плеча мешок и держал его перед собой, а Надя на ходу заглянула туда, вытащила один пряник, разломила его пополам и понюхала на изломе. — Я же тебе говорила брать у Пелагеи, у которой лавка за рынком, — сказала она уже с лестницы. — Она в тесто мяту кладёт и мёд не жалеет, у неё пряник и через неделю мягкий. А это ты у кого взял? Это же ржаной сухарь с сахаром сверху, об него зубы обломать можно. — Нормальные пряники, — сказал Марек снизу. — В чай макать будешь, и размякнут. — В чай он макать будет… Голоса ушли вниз, на кухне стукнула дверь, потом брякнула о стол посуда, и ругаться там начали уже про сковороду. Данила остался в комнате один, с верёвкой в правой руке и с горящим ухом. — Это что сейчас было… — выдохнул он, после чего посмотрел на зелья. Отвар в котле поднимался к самому краю, ложка стояла в нём торчком, а на столе ждали своей очереди семь пустых склянок. — И кто вообще будет это доваривать⁈ Минут через десять внизу, за столом, о ссоре напоминала только сковорода, которую Надежда поставила на огонь с лишним стуком. Марек сидел спиной к печи и держал кружку двумя руками, хотя чай успел остыть. Надежда нарезала хлеб ровными ломтями, намазала маслом и подвинула доску на середину стола, между кружками. Данила сидел на краю лавки и старался занимать как можно меньше места. — Там у Серафимы проблемы со стройкой… — сказал Марек. — Сначала камень привезли плохой, затем какое-то недопонимание с бригадой началось. Я в подробности не вдавался, но Игнат выглядел очень напряженным. Надежда перевернула мясо, прижала его лопаткой к сковороде, чтобы схватилось с другой стороны, и села напротив. Сковорода зашипела ей в спину, и говорить пришлось громче. |