Книга Восхождение Морна. Том 11, страница 46 – Сергей Орлов

На стук открыл мальчишка лет двенадцати, внук. Он увидел её уши, забыл поздороваться, уставился во все глаза, а потом обернулся и заорал на весь двор, что к деду пришли.

Городей вышел на крыльцо в одной рубахе, без тулупа, будто мороза для него не существовало, и остановился наверху лестницы, на четыре ступени выше неё. Он не поздоровался и не спросил, зачем она пришла. Просто стоял, смотрел сверху вниз и ждал, что она скажет.

— Я пришла разобраться, — сказала Серафима.

— Разбирайтесь, — он пожал плечами. — Мы расчёт получили, вы мне больше не хозяйка. Так что можно и послушать…

Серафима слегка прикусила губу, собираясь с мыслями, и начала говорить:

— Вы тянули время с первого дня. Всё, что ты мне тогда сказал, правда, тут не поспоришь: и камень плохой, и тёс сырой, и телег нет, и мага земли нет. Только ты мне называл одни причины и молчал про всё остальное, что вы могли делать и не делали. Вот и получилось, что возразить мне нечего, а работы за пять дней сделано на полтора дня. При этом репутация у вас просто отличная. Вот я и хочу понять… что произошло на этот раз? Что я упустила?

Городей помолчал, глядя куда-то поверх её головы, на улицу. Потом сел на верхнюю ступень, упёрся локтями в колени и начал отвечать:

— Тянул, — сказал он. — Ваша правда. И тянул с первого дня.

— Почему?

— Да потому что мой маг земли нас попросту кинул. — Он поднял на неё глаза. — Он у меня четвёртый год работал, парень толковый, землю чувствовал, как я дерево. И в первый же ваш день работы над вашим заказом, пришёл и сказал, что уходит. К Щербатому на склады, там, дескать, платят вдвое больше и работа круглый год. Я его и так, и этак: и денег обещал добавить, и стыдил, и по-стариковски просил. Он глаза в землю и одно твердит — уже сговорился, слово дал. Ушёл.

Серафима стояла молча.

— Без мага земли артель на такой стройке — половина артели, — продолжал Городей. — Котлован под дом руками рыть — это не пять дней, это месяц, и то если мёрзлую землю жечь кострами. Я всю неделю по городу мага искал. Двоих нашёл. Один занят до весны, а второй сначала согласился, а на другое утро прислал мальчишку сказать, что передумал. Понимаете, что это значит?

— Значит, ему объяснили, что со мной работать не надо.

— Вот и я так думаю.

— И почему ты мне об этом не сказал? — спросила Серафима. — Ни в первый день, ни на пятый. Я бы искала сама, у меня возможностей побольше, чем у тебя.

— А что бы я вам сказал? — Городей усмехнулся невесело. — Что у меня людей переманивают, что моя работа стоит, а я с этим справиться не могу? Я, госпожа Озёрова, сорок лет в этом ремесле, и репутация у меня такая, что ко мне очередь стоит. За меня моё имя говорит, а тут выходит, что старшина Городей не может собственную артель в порядке держать. Вот и тянул. Думал, найду человека, доберу, нагоню — и никто ничего не заметит.

— Но не нашёл…

— Не нашёл, — согласился он. — И перед вами дурак дураком.

Серафима несколько секунд прикидывала в голове варианты, после чего произнесла:

— Значит, так. Мага я тебе найду, камень возьмём новый, с жалобами тоже разберусь. Причин стоять у вас больше не будет. Возвращайтесь.

Городей покачал головой.

— Не в этом дело, госпожа Озёрова. Расчёт я взял не из-за камня и не из-за мага. Из-за того, что вы там с магией устроили. У меня Сенька до сих пор в себя прийти не может. Сегодня вы его заморозили, завтра ещё кого, и что мне их матерям говорить? Люди ко мне идут работать, чтобы семьи свои прокармливать. А вы им травмы обеспечиваете.