Книга Восхождение Морна. Том 11, страница 28 – Сергей Орлов

Это были знаменитые жаровские свечи. Гордость города, о которой я слышал ещё в Ольховке от мужиков, в Жаровске сроду не бывавших, но пересказывавших чужие восторги так, будто эти фонари они и вешали.

Я посмотрел на ближний.

«Фонарь надвратный, накопительный. Мастер: артель Сухова, Жаровск. Заявленный ресурс: двенадцать лет. Истинный ресурс: три года семь месяцев. Скрытое: сердечник заменён на дешёвый, разница по смете списана как усушка материала».

Я перевёл взгляд на второй. Потом на третий, на дальний угловой и на тот, что висел прямо над воротной аркой, — самый большой, самый нарядный, с гранёным колпаком, который бросал на камень красивые ломаные тени.

Везде одно и то же. Четверть заявленного, в лучшем случае треть.

Город, который встречает гостей парадной вывеской и экономит на самой вывеске. И не потому что здесь нет денег — с ними как раз всё было в порядке. Просто кто-то из местных чиновников в совершенстве освоил древнее искусство осваивания бюджетов.

Ладно. На самом деле, это даже хорошо. Приятно работать с предсказуемыми и понятными тебе людьми.

— Следующие! — крикнул стражник, и мы тронулись к арке.

За столом под навесом сидел писарь с книгой приезжих, а рядом с ним стоял стражник, у которого вся работа состоит из трёх движений: посмотреть, зевнуть, махнуть следующему. На нас он потратил все три действия, но в немного другом порядке.

Сначала он посмотрел на мой плащ. Плащ был хороший, добротный, из тех, что переживают хозяина, — вот только левую полу ему подпалило во время боя с Тихоном. Потом опустил взгляд на ножны. Ножны были хорошие, рукоять тоже, и стражник сделал единственный вывод, какой из них следовал: парень явно при деньгах.

Жалко только, что меч мой был хорошим, но далеко не артефактным, а потому воздействия родового пламени и пепельной магии попросту не выдержал и оплавился. Не знаю, о чём думал Родион, когда дарил его Артёму на его 13-летие, но некогда отличная сталь проверку боем явно не прошла.

Тем временем стражник лениво зевнул.

— Имя, род, цель приезда.

— Артём Морн. Род Морнов. Мне нужно заказать новый артефактный меч. Слышал, у вас можно найти хороших умельцев.

Писарь вывел строчку, не поднимая головы, а вот стражник подобрал живот и расправил плечи.

— Хороших? — переспросил он. — Господин, да вы в Жаровск приехали. У нас тут артефакторов больше, чем в ином городе жителей. Огневой ряд, водяной, рунный, лекарский — по любому укладу мастера, каких во всей Империи поискать. Уже завтра у нас сезонный аукцион, где будут все лучшие мастера Империи. Но мой вам совет, ищите оружие именно с жаровским клеймом и не прогадаете.

Второй, постарше, сидевший до этого на бочке в тени навеса, поглядел на товарища с ленивым сожалением.

— Да ты чего разошёлся-то? — сказал он. — Это ж ссыльный. Не слыхал, что ли? Батюшка его из рода турнул да в глушь отправил, чтоб под ногами не мешался. Считай, такой же аристократ, как мы с тобой. Только плащ подороже. Ему не на аукцион, ему в скупку, там тоже оружие продают.

Первый оглядел мой подпаленный плащ, потом ножны, потом лошадь — и плечи у него опустились сами собой. Он даже отступил обратно к столу, будто вспомнил, что стоять навытяжку ему тут не перед кем.

Занятно. Новости сюда, выходит, доходят, но с большим запозданием, и я для них всё ещё мальчишка, которого папаша сплавил в глушь с глаз долой. А про два баронства, бой в сечинской резиденции и про пробуждение родового пламени в Жаровске, похоже, никто не слышал.