Книга Восхождение Морна. Том 11, страница 146 – Сергей Орлов

— Я не брыкалась, — пробормотала она.

— Тут ползала свидетелей, которые видели это своими глазами.

— Они всё врут!

Так мы и просидели какое-то время. Постепенно её дыхание выровнялось, а тело навалилось на меня всем весом. Когда она окончательно заснула, я осторожно переложил её на барную стойку, подсунув под щёку свёрнутый плащ, а Мира молча и понимающе накрыла ее сверху своей курткой.

Ну ничего. Пусть поспит немного, в конце концов я и сам уже собирался ехать домой.

Часы где-то в глубине заведения давно пробили четыре часа утра. Публика вокруг окончательно захмелела и расслабилась, а история «самого честного Оценщика Империи» успела обрасти такими подробностями, которых там отродясь не водилось. К этому часу в ней уже фигурировали проклятый дедовский топор, украденное наследство и даже чей-то незаконнорождённый сын.

Мойша объявился ровно в тот момент, когда я уже всерьёз прикидывал, доберусь ли до кровати на своих двоих или меня придётся волочь вслед за Викой. Он возник так же бесшумно, как и исчез, только теперь в его глазах горел откровенный азарт хищника, выследившего крупную добычу.

— Узнал, господин, — выдохнул он, наклоняясь к самому моему уху. — Всё узнал. Только вы вряд ли обрадуетесь.

— Начинай, — буркнул я, окончательно отставляя бокал в сторону.

— Несколько дней назад клинок заложил один кузнец, — Мойша понизил голос до едва различимого шёпота и воровато оглянулся. — Совсем молодой парень, лет двадцать, ну от силы двадцать два. Он даже не играл. Просто заложил свою железяку, забрал четыре золотых и свалил в закат.

— Мастер? — переспросил я, нахмурившись.

— Ай, господин, какой из него мастер! — Мойша страдальчески сморщился, будто случайно надкусил тухлую рыбину. — В Жаровске его так никто и не зовёт. В городе его знают как… ну, есть у нас для таких одно емкое слово, да при представителе Великого Дома произносить неприлично. В общем, неудачник он полный. Заказов берёт мало, сроки вечно срывает, а с покупателями ругается с порога — да так, что те потом за три улицы его кузницу обходят, лишь бы снова не пересекаться. Один гильдейский купец ему за месяц вперёд всю сумму выложил, так этот идиот деньги назад швырнул и проорал, что не станет ковать «эту дешёвую бесполезную дрянь».

Мойшу от одного воспоминания о таком кощунстве аж передёрнуло всей тушкой.

— Гордый слишком, — с глубоким прискорбием подытожил он. — А гордость, господин мой, она в кошельке проедает дыру быстрее любого горнового огня.

— И именно поэтому он тащит свою работу в подпольное казино за четыре золотых? — подытожил я.

— Так больше-то ему никто не даёт! — всплеснул руками Мойша. — Клейма гильдейского нет, узоров рунических нет, никакой внешней красоты. Кому в нашем городе нужна тупая голая полоса железа? Ему тут ещё по-божески отсыпали, исключительно из уважения к памяти покойного отца-мастера.

Сон как рукой сдуло. Я почему-то прям физически ощущал, насколько важно мне найти этого чудаковатого кузнеца.

— Где он сейчас?

— Так работает, где ж ему быть. — Мойша пожал плечами. — Он всегда по ночам работает, господин. Днём его почти и не видит никто. Кузня у нижних ворот, слева от воротной башни, там сарай такой кособокий. Хотите — свожу с утра, только я вам сразу скажу: он вас пошлёт. Он всех посылает.