Книга Восхождение Морна. Том 9, страница 39 – Сергей Орлов

— АаАаАаАа!!!

Боевой клич за спиной заставил меня обернуться — и полюбоваться зрелищем во всей красе. Игнат, набычившись, разогнался через весь зал, сделал три или четыре тяжёлых шага и с двух ног влетел в следующего ходока. Того отшвырнуло всего на метр, но этого метра хватило с лихвой: возникший за спиной Сизый коротко подсёк ему опору, а следующим движением впечатал Ласку прямо в грудь.

Хруст! Похоже, кому-то сегодня ещё залечивать сломанные рёбра.

На ногах остался только один.

— Ну что, криворожий, давай по-быстрому закончим, а? — с ухмылкой протянул Сизый. — А то мне жрать захотелось — жуть! Слышьте, а никто не знает, пирога с яблоками сегодня больше не будет?

Девушки ошарашенно переглянулись. Кто-то даже пожал плечами, явно сообщая, что в этом важном вопросе совершенно не осведомлён.

Тем временем последний ходок — кажется, я запомнил его ещё по нашей первой попойке с Кривым — сделал пару неуверенных шагов вперёд, оглянулся на своих лежащих дружков и заметно сбавил прыть.

— Да… да ну его нахер… Слышь, Кривой, мы так не…

Бам! Договорить он не успел: в следующее мгновение мужик кулём осел на пол, получив крепкий удар в затылок.

Правильно! Бей своих, чтоб чужие боялись! Красава, Кривой!

— Слушай, а ты не мог сразу всех сам вырубить? — с иронией поинтересовался я. — Ну… чтоб нам лишний раз кулаками махать не пришлось.

Только Кривой моего юмора почему-то не оценил. Он расслабленно повёл плечами, лениво крутанул топор в руке и двинулся вперёд.

— Отребье бесполезное… хоть бы кто магию нормально применил, так нет — забоялись сынка богатея прищучить! Мудачьё сраное! Ну ничего… с ними я потом разберусь. А сейчас тебе улыбочку поправлю, щенок!

Он качнулся вперёд всем своим сухим, перевитым жилами телом, перехватил топор поудобнее — и обрушил его сверху вниз. Я прочёл замах ещё до того, как у него тронулись с места лопатки. Оценка подсветила траекторию ровной красной дугой — толкнись вбок, и железо уйдёт в пустоту. Я выдохнул и сделал шаг в сторону, уходя с линии атаки.

И тут топор в его руке полыхнул тусклым светом. От одного лезвия веером пошли призрачные копии — пять штук, бледные и полупрозрачные, как смазанный след от слишком быстрого движения. Каждая чертила в воздухе свою дугу. Настоящее железо я пропустил мимо, но одна из призрачных дуг шла прямо на меня, и уйти от неё я уже не успевал.

Призрачное лезвие ударило так, будто было самым настоящим. Плечо обожгло резкой болью, перед глазами вспыхнуло белым — и меня отшвырнуло назад. Весь левый бок прошило болью от подмышки до бедра. Рукав на плече разошёлся по шву. Ноги оторвались от пола, и я спиной впечатался в стойку.

Под лопаткой громко хрустнуло — хорошо хоть это были не мои рёбра, а треснутые доски от стойки. Графины на ней поехали в сторону, два соскользнули с края и разбились о пол у самой моей головы, забрызгав мне щёку вином и осыпав осколками.

При ударе я прикусил язык, и рот тут же наполнился горячей и солоноватой кровью.

— Что, не ждал? — Кривой скалился сверху, и топор уже снова покоился у него в ладони. — Это тебе, щегол, не слабаков по полу возить. Я Кривой, твою мать! Запомни это, сучонок!

Я сплюнул кровь на доски и плавно оттолкнулся от пола, поднимаясь на ноги.

Зараза… это что ещё за магия такая? Пять призрачных лезвий с одного-единственного удара, и каждое бьёт по-настоящему. От такого веера хрен увернёшься, как ни читай замах.