Книга Восхождение Морна. Том 9, страница 141 – Сергей Орлов

— Нет-нет, господин архимаг, что вы, — торопливо ответил старший, разом растеряв весь свой напор. — Раз вы говорите, что никого не было, значит, не было. Простите, что побеспокоили. И за дверь простите, мы пришлём человека, починим к утру.

— Да как хотите, — лениво отмахнулся Громобой. — Утром я отсюда уеду, так что дверь меня уже мало волнует. С этим вопросом не ко мне, а к хозяину дома. Как его там… — Он сделал вид, что припоминает. — Купец Жилин, кажется. Да, вроде бы он.

Старший снова кивнул, попятился, толкая своих к выходу, и вся группа торопливо вывалилась обратно на улицу, подальше от этого дома и его хозяина, чтобы дальше гнаться за тем, кого им уже не поймать.

Спустя несколько мгновений топот в переулке стих, а затем камень за спиной у Данилы дрогнул, потёк и опал, выпустив его обратно в комнату, и он чуть не сел на пол, когда ноги его наконец отпустили. Рядом встряхнулся освобождённый Себастьян, недовольно повёл лапой, проверяя, цела ли.

Громобой сидел в кресле всё так же вальяжно и разглядывал их с ленивым любопытством.

— Передайте Артёму, что представление вышло… весьма любопытным. Да и всего одна неделя в этом городе развлекла меня на несколько лет вперёд.

Данила и Себастьян переглянулись, не зная, как отвечать на такие слова.

— Ну и чего застыли? — лениво бросил Громобой. — Идите уже. А мне надо отдохнуть перед дорогой.

И стоило ему это сказать, как кладка по стенам дома мелко завибрировала, и по камню одна за другой начали проступать руны. Глядя на них, Данила почему-то ясно осознал, что побеспокой Громобоя этой ночью хоть кто-нибудь ещё, и до утра тому уже не дожить.

* * *

— Да чтоб тебя, Морн! — от души выругался Жилин, протискиваясь на четвереньках в чёрную дыру подземного хода.

Тоннель Морн прорыл на чёрный день, и день этот настал куда быстрее, чем он рассчитывал. Лаз был такой низкий и тесный, что грузному мужику пришлось протискиваться чуть не силой. Жилин полз локтями вперёд, обдирал ладони о холодный камень и сквозь зубы клял Морна на чём свет стоит. Узко, мокро, а ему на брюхе ползать в такие годы и при таком весе.

За поворотом приглох свет фонаря, оставшегося позади. Дальше тоннель уводил под улицу, мимо соседнего двора, и упирался в подвал дома через один, до которого этой ночью никому не было никакого дела.

Ошейник плотно сидел на горле и душил звериную силу почти до нуля. Это был рабский подавитель, который Мира каким-то чёртом таскала с собой и сунула ему перед самым выходом. С ним даже самый чуткий сенсор не выудил бы Жилина из ночной суматохи.

На эту незаметность они всё и поставили. Жилин выбрался из лаза в чужой подвал, отдышался у стены и полез наверх по скрипучей лестнице. Дом стоял пустой и тёмный, давно нежилой; он прошёл его насквозь, через сени, и осторожно выглянул в щель двери на улицу.

Жилин выждал, толкнул дверь и шагнул в переулок. Тут же справа послышались шаги патруля: тяжёлый топот сапог, звяканье железа. Он вжался в стену, замер, дал им пройти и скользнул дальше, мягко перекатываясь с пятки на носок, как приучили когда-то Мёртвые земли.

Жилин шёл вдоль стен, держась темноты, и неторопливо перебирал в уме весь сегодняшний разговор. Морн ведь выслушал его совершенно спокойно, а потом так же спокойно назвал свою цену, и при этом не поленился объяснить, отчего просит так дорого. Дескать, дело Жилин теперь теряет в любом случае, как ни крути, а если они договорятся, то он по крайней мере сам останется цел да и семью свою без денег не оставит. Складно у мальчишки выходило, и придраться было решительно не к чему.