Книга Восхождение Морна. Том 5, страница 2 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

— Сознательное, — ответил я.

Бестужев чуть наклонил голову. Что именно он увидел в моём ответе, я не понял, но старику явно нравилось происходящее.

— Что ж. В таком случае…

— Подождите, директор, — я шагнул вперёд и повернулся к Колю. — У меня есть предложение.

Коль прищурился, но ухмылка не сползла, а только стала шире, потому что он уже чувствовал себя победителем.

— Валяй, торгаш. Послушаем.

Я обвёл взглядом трибуны, медленно, давая каждому ряду почувствовать, что обращаюсь именно к ним, а потом снова посмотрел на Коля.

— Давай сразимся один на один. Ты и я. Настоящий поединок чести, без помощников, без подстраховки, без двух взрослых мужиков за спиной, которые сделают работу за тебя. Покажи всем этим людям, — я кивнул на трибуны, — что тебе хватит собственных сил, чтобы расправиться с «каким-то торгашом». Или ты боишься?

Кто-то заорал «давай один на один!», кто-то засвистел, и волна одобрительного гула покатилась по рядам, с каждой секундой набирая силу.

Я видел, как внутри Коля сцепились два инстинкта: гордость, которая требовала принять вызов и доказать, что он способен расправиться со мной в одиночку, и что-то другое, осторожное и чужое, вбитое в голову не его собственными мозгами. На секунду гордость почти победила, я заметил, как дёрнулся его подбородок и как рука потянулась к мечу, но потом он моргнул и выражение лица сменилось, будто кто-то перещёлкнул тумблер.

— Правила есть правила, Морн, — сказал он, и голос его был спокойнее, чем я ожидал. — Ты мог привести команду, но не привёл. Это твоя проблема, а не моя. Я не нарушил ни одного условия, и если ты настолько никчёмен, что за тебя некому выйти, что ж… мне тебя жаль.

Толпа притихла, явно разочарованная тем, что Коль не повёлся. Кто-то свистнул с верхних рядов, но остальные уже потеряли интерес и ждали, когда наконец начнётся драка.

Я посмотрел на Бестужева. Директор стоял, опершись на трость, и ждал, что я буду делать дальше.

— Правила не нарушены, — произнёс он после паузы, которую выдержал идеально, ни секундой больше, ни секундой меньше. — Господин Морн вышел на арену в одиночку. Это его право. Если он желает сражаться один против троих… — лёгкий разворот в мою сторону, — … он будет сражаться один против троих. Академия не препятствует.

Никакой помощи, никакой подсказки, никакого намёка на то, что старик собирается вмешаться. Он просто констатировал факт и отступил на шаг, а потом снова исчез и появился в ложе так же мгновенно, как в первый раз.

Проверка продолжалась.

Ладно. План номер один не сработал, но я и не рассчитывал на него всерьёз. Коль боялся выходить один на один, и никакое давление толпы этот страх не перебило бы, потому что страх получить по морде всегда конкретнее, чем чьё-то мнение на трибунах.

Пальцы скользнули по свёртку за пазухой, потом легли на рукоять меча. Тело откликнулось привычной готовностью, той самой, которая приходит за секунду до драки, когда голова наконец перестаёт думать и начинает работать.

— Ладно, — сказал я. — Тогда начнём.

Коль оскалился, огневик чуть качнул головой, а Подавитель наконец перестал скрещивать руки и положил ладони на рукояти клинков.

Арена замерла.

Коль шагнул вперёд первым. Ходоки его пропустили — намеренно, без малейшей попытки вмешаться. Остались стоять где стояли: огневик скрестил руки на груди, подавитель привалился плечом к деревянному столбу у края арены. Оба смотрели на нас с одинаковым ленивым спокойствием людей, которым пока не нужно работать. Пусть бычок побегает, вымотает противника, а потом выйдут взрослые и закончат дело.